4 ноября - Праздник Казанской иконы Божией Матери. "Елицы.Записки" предоставляет возможность подать записку на молебен у чудотворного Казанского образа Пресвятой Богородицы за себя, свою семью, родных и близких.

Адрес электронной почты
Пароль
Я забыл свой пароль!
Входя при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами
Имя
Адрес электронной почты
Пароль
Регистрируясь при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами

Об исповеди и причащении детей

Иеромонах Агапий (Голуб)

Как порой ни были утомительны исповеди взрослых, все же самые тяжелые исповеди для меня — детей и подростков. 
«Не слушал папу и маму, плохо учился, не убрал комнату, с братиком поругался, не вынес мусор, смотрел "плохие" мультфильмы…» — максимум, что лет в 7─12 «выжимает из себя» ребенок на исповеди. Да и в более старшие года содержание исповеди практически не меняется. И если он причащается каждое воскресенье, то ему каждую неделю приходится повторять на исповеди одни и те же зазубренные фразы. О том, что недостойно вел себя в храме, не благодарил Бога, был невнимателен на молитве, то есть о своих отношениях с Богом — не говорит, за редким исключением, никто.   
Еще хуже обстоит дело с исповедью детей из нерелигиозных семей, где нет домашней молитвы и не звучит Евангелие. Их приводят на исповедь перед учебным годом или «заодно» во время экскурсии в монастырь, в воспитательных целях («Вы, батюшка, его вразумите»). В любом случае мотивация к исповеди со смыслом самой исповеди не имеет ничего общего. Как правило, ни эти дети, ни родители толком не понимают сути таинства. Ребенку подсказали, что нужно «батюшке» рассказать плохие поступки, чтобы «Боженька простил». И все. С реальной семейной жизнью таинства никак не связаны. Как правило, лет в 15 этих детей в храме уже практически не видишь. Да и во взрослой жизни только единицы из них по-настоящему обращаются к Евангелию. Только как вот объяснить приводящим на исповедь этих детей тетям, мамам и крестным, что такой подход недопустим, дети не подготовлены к исповеди и Причастию?
Лакмусовой бумагой духовной атмосферы в семье считаю поведение младенцев в возрасте до трех-четырех лет перед Чашей Причастия. В воцерковленной семье, где ежемесячное причащение для всей семьи является нормой, где звучит Слово Божие, младенцы причащаются очень спокойно. Но вот подносят другого — и «драма» начинается. Плач на весь храм. Ребенок обеими руками отбивается, отворачивает лицо, прижимается с хныканьем к принесшей маме/тете/бабушке: «Не хочу!» Мама пытается силком его (ее) развернуть к Чаше, пономарь перехватывает ручонки, священник пытается попасть лжицей в искривленные губы, с риском, что капли Причастия будут разбрызганы по сторонам. В ход идут уговоры: «это же сладенько, скушай медик (сок, варенье)» (при этом взрослые не осознают кощунственности этих слов). Уговоры не действуют, время затягивается, мама тоже начинает нервничать. Атмосфера накаляется. А когда таких детей несколько?.. Наконец, священник с пономарем изловчились… «Причастие» совершилось! Довольная мама или бабушка отходит в сторону. А я думаю о том, что теперь слово «причастие», вероятно, закреплено в сознании ребенка с ассоциацией чего-то очень неприятного. Впоследствии, в силу возраста, он забудет о случившемся. А в подсознании история останется. И равнодушие к таинству, восприятие его как непонятного, мертвого, обряда, возможно, обеспечены. Прекрасная предпосылка к воспитанию религиозно индифферентных людей, лиц, откровенно не любящих Православие. Ребенок травмирован «причастием», и хорошо, если эта травма будет впоследствии преодолена его личным религиозным опытом и встречей с хорошим священником… Если ребенок переживает причастие как трагедию — я против его причастия!
 
Только вот почему он себя так ведет? Иногда я спрашиваю родителей, когда они сами причащались в последний раз. За очень редкими исключениями, ответ или «никогда», или «не менее года назад». Что такое Причастие? «Хлеб и вино». «Просфорка». «Это для очищения», «Ну, чтобы очиститься от грехов». «Не знаю». И понимаю, что между хождением в храм и реальной жизнью не просто разрыв, а практически полная непересекаемость. Но ведь младенцы причащаются, как и крестятся — по вере родителей, причем под верой имеется в виду вера деятельная, влияющая на все сферы жизни. В описанных же выше случаях есть вера в «технологию таинств». Веры как жизни во Христе — нет. И, поскольку духовная атмосфера в семье за внешней, пусть даже добропорядочностью, отсутствует, ребенок интуитивно воспринимает таинство Причащения как что-то чуждое тому, что он впитывает в семье. И это вызывает у него — опять-таки интуитивно — реакцию отторжения!  
Знаю, что даже многие священники не примут моих слов, но это мое убеждение: если семья нерелигиозна, я не вижу смысла и в самом крещении детей.
Что же можно предложить конкретного по подготовке детей к исповеди? Для ответа на этот вопрос я специально изучал опыт известных духовников. Среди них — митрополит Антоний Сурожский, священники Максим Козлов, Алексей Уминский, Федор Бородин, Владимир Воробьев, Виталий Шинкарь, Павел Гумеров, Александр Ильяшенко. На основании изученного материала и выросли следующие рекомендации, носящие, конечно, общий характер.
1. Если у семьи нет духовника, с которым имеется тесный контакт, то основной труд по подготовке к первым исповедям ребенка лежит на родителях. В первую очередь он заключается в личном примере — когда родители сами более-менее регулярно приступают к таинствам Исповеди и Причастия, когда ребенок слышит, как они молятся, видит их постящимися, за чтением Священного Писания и духовной литературы. Впрочем, если родители понимают, что у них не хватает опыта, вполне естественно, что помощь им могут оказать воцерковленные крестные.
2. В подготовке к исповеди важно дать почувствовать ребенку, что он уже достаточно взрослый и может сам оценивать свои поступки. Беседа не должна напоминать урок, который он обязан запомнить. Он искренне может раскаиваться только в том, что сам осозна́ет как неправильный и плохой поступок.
3. Недопустимо говорить детям о том, что Бог накажет. Представление о Боге как о Прокуроре приведет к искажению религиозного опыта. Поскольку Бог — это Отец, то естественно, что представление о Боге формируется по образу отношений его с родителями. И если в семье взаимоотношения вполне гармоничны, построены на любви, уважении и доверии, тогда легче будет донести до ребенка, что грех — не просто преступление закона, а то, что разрушает эти доверие и любовь, создает между человеком и Богом преграду. И как естественно ребенку любить родителей — так же ему естественно учиться любить и Бога.
4. Подготовка к исповеди детей — это дополнительное побуждение родителям и крестным плотнее заняться собой. Одной из причин ухода детей из Церкви в более зрелом возрасте является то, что их «натаскивают» на молитву и таинства, но они не видят в родителях личных отношений с Богом, когда все сводится в лучшем случае к выполнению дисциплинарных правил (поста, чтения святых отцов), но нет радости жизни во Христе. Или когда родители не работают над собственными грехами, когда в семье нет достаточно гармоничных, здоровых отношений.
5. У детей больше развито воображение, а не логика. Поэтому информацию о том, что такое грех, какие грехи бывают, удобнее доносить до них с использованием наглядных образов, картин, притч. Например, пособием могут послужить рассказы для детей Бориса Ганаго, песни-притчи Светланы Копыловой, какие-то сюжеты из мультфильмов и кино, соответствующие их возрасту. К примеру, у Ганаго есть сказка «Превращение», где раскрывается, как жадность и зависть разрушают душу. Можно заранее сделать подборку тематического материала по страстям (обиды, самолюбие, жестокость) и в течение нескольких дней в беседе с ребенком раскрывать по одной теме — он сам затем определит, в какой мере касается данный грех его, или, к счастью, не касается вообще. Ни в коем случае нельзя указывать на известные грехи ребенка. Для облегчения работы над собой можно предложить ребенку записать на листике то, что он захочет исповедовать.
6. При подготовке к исповеди важно не только помочь ребенку увидеть грехи, но и побудить его к приобретению тех добродетелей, без которых невозможно иметь полнокровную духовную жизнь. Такими добродетелями являются: внимание к своему внутреннему состоянию, навык молитвы. Детям доступно восприятие Бога как своего Небесного Родителя, поэтому им легко объяснить, что молитва является живым с Ним общением. Ребенку необходимо как общение с отцом и матерью, так и молитвенное обращение к Богу.
7. Никаких длинных молитв читать ребенку нельзя. Молитва должна быть для ребенка по силам. «Богородице Дево, радуйся», «Отче наш», возможно, вполне будут для него достаточны помимо его личной молитвы, своими словами.
8. Причастие и Исповедь — разные таинства, и их сочетание зависит от духовного устроения данного человечка. Как заметил священник Алексей Уминский, «ребенок не должен исповедоваться перед каждым Причастием… У нас, к величайшему сожалению, много зависит от личной настроенности священника. Например, один священник настроен так, что никого ни в коем случае без исповеди к Причастию не допускать, и ему все равно, сколько ребенку — 6, 7 или 15 лет… Разумные христианские семьи должны искать те приходы, где нет "фабрики", где нет такого, что никто никого не знает. Ведь есть храмы, где все превращается в некую безымянную безликую процедуру, где прихожане проходят определенные этапы: пришел, купил свечи, подал записки, пошел на исповедь, потом к Причастию, все, вернулся домой. Такого надо избегать. Мне, как священнику, кажется гораздо понятнее и полезнее та практика, которая существует в поместных Православных Церквях, где исповедь и Причастие не связаны между собой жестким образом… Там, где сложился приход, где священник знает каждого своего прихожанина, и прихожане регулярно причащаются каждое воскресение, на каждые праздники, какой смысл проводить их через процедуру называния одних и тех вещей, которые и так понятны? Тогда надо каждый день исповедоваться, по много раз. Все можно превратить в какое-то безумие. Конечно, человек согрешает каждый день. Для этого есть возможность проверить свою совесть — во время вечернего правила существует молитва, в которой перечисляются грехи. Необязательно называть то, что не соответствует твоей жизни… Можно же эту молитву заменить своей собственной молитвой, рассказать Богу о том, в чем ты каешься. Вспомнить свою жизнь за этот день и искренне перед Богом раскаяться… И ребенку надо сказать, чтобы он умел видеть, как он провел сегодняшний день, как он общался с родителями, с близкими. И если что-то есть на совести, нужно попросить у Бога прощения. И попробовать это не забыть на исповеди…»
9. Желательно, чтобы у ребенка сложились личные, доверительные отношения со священником. Для это и существует общение — начиная от воскресной школы и заканчивая турпоходами и паломничествами.
10. Исповедь не обязательно должна начинаться с семи лет. Как заметил протоиерей Максим Козлов (храм МГУ), «для многих и многих детей сегодня физиологическое взросление настолько опережает духовное и психологическое, что большинство сегодняшних детей в семь лет исповедоваться не готовы. Не пора ли сказать, что этот возраст устанавливается духовником и родителем абсолютно индивидуально по отношению к ребенку? В семь лет, а некоторые и чуть раньше, они видят различие хороших и плохих поступков, но говорить о том, что это осознанное покаяние, еще рано… У большинства нравственное сознание просыпается значительно позже. Но и пусть себе позже. Пусть приходят в девять, десять лет, когда у них появится большая степень взрослости и ответственности за свою жизнь… Формализация исповеди, происходящая у ребенка, в современной практике нашей церковной жизни является довольно опасной вещью».
11. Перед первой исповедью желательно заранее договориться со священником о времени исповеди. Первая исповедь требует особенно внимательного отношения. Поэтому не стоит откладывать ее на какой-то большой праздник или когда священник загружен еще чем-нибудь.   
12. Подготовка к исповеди ребенка начинается со времени формирования его самосознания. К первому религиозному опыту, включая самостоятельную молитву, дети вполне готовы примерно с трех лет. Другими словами, ребенок должен учиться прислушиваться к себе. И — не ждать исповеди, а прямо здесь и сейчас уметь сказать «прости». Родителям, друзьям, сестричке. И, что особенно важно, Богу. Опять-таки — важно, чтобы этот опыт он имел перед глазами от своих родителей, старших братьев и сестер.
13. Нельзя использовать исповедь как воспитательное средство. Такой утилитарный подход сразу выдает «духовное» состояние тех, кто «снарядил» ребенка на исповедь. Приведу слова К. С. Льюиса: «Люди и народы, которые думают, что верой нужно добиться улучшений в обществе, могут с таким же успехом пользоваться услугами Сил Небесных, чтобы регулировать уличное движение». Соблазн использовать христианство для… (воспитания патриотических чувств, «послушания» родителям) велик. Но ребенок, при своем взрослении, так и не увидит в христианстве главное — Воплощенного Бога, который есть Любовь. Будет ли он любить такое «Православие»? Родственники, ведущие с «нравственно-воспитательной целью» ребенка к исповеди, сами не осознают, что тем самым хотят ни много ни мало, как чтобы Христос «перевоспитывал» этого ребенка в соответствии с их, родственников, ожиданиями. 
14. При частом причащении детей не стоит вводить еженедельную исповедь. Она более всего ведет к формализации. Дети очень быстро научаются говорить «стандарт»: маму не слушался, в школе грубил, с братиком подрался. Практически никто из детей не скажет, что он молился и был неискренен в молитве, что у него есть какие-то внутренние вопросы или сомнения. А по прошествии нескольких лет такому «воцерковленному» чаду будет вообще непонятно, что такое покаяние. Исповедь с какого-то времени может не вызывать уже никаких переживаний. По замечанию протоиерея Максима Козлова, «добро будет, посоветовавшись с духовником, исповедовать такого маленького грешника первый раз в семь лет, второй раз — в восемь, третий раз — в девять лет, несколько оттянув начало частой, регулярной исповеди, чтобы ни в коем случае она не становилась при­вы­чко­й».                                              ­   
 
15. По мере взросления важно до детей доносить, что Причастие — это Кровь и Тело Христовы, что это Святыня, к которой нельзя подходить просто так. Очень важно не превратить Причастие в еженедельную процедуру, когда они перед Чашей резвятся и подходят к ней, не очень задумываясь о том, что они делают. И если вы видите, что ваш ребенок раскапризничался перед службой, ведет себя в храме слишком вольно — лучше его не вести к Чаше. Пусть он поймет, что не во всяком состоянии можно подходить к Причастию. И лучше пускай он будет несколько реже, чем бы вам хотелось, причащаться, но понимать, ради чего приходит в церковь. Важно, чтобы родители не начали относиться к причащению ребенка как к некоторому магизму, перекладывая на Бога то, что мы сами должны сделать.   
16. Педагогически верным будет воспитание в детях сознания, что посещение службы и Причастие — не то, к чему понуждают, а привилегия — быть усыновленными/удочеренными Небесному Отцу через Плоть и Кровь Сына Божия. Бога не может вместить никакая галактика, но Его может вместить сердце человека. Только оно должно быть готово для приема в себя Бога — а для этого нужен труд над собой. Надо постараться так построить внутрисемейное отношение к богослужению, чтобы мы не тянули своего отрока причащаться, а он бы сам хотел этого и готовился к этому высокому таинству. И, быть может, лучше пойти на воскресную литургию без него, в случае его отказа, если не хочет вставать с постели — чтобы, проснувшись, он увидел, что оказался и без родителей, и без церкви, и без праздника Божиего. Пусть он до этого лишь на полчаса приходил на службу, к самому Причастию, но все равно не может не почувствовать некоторое несоответствие воскресного лежания в постели тому, что должен в это время делать каждый православный христианин. Когда же сами вернетесь из церкви, не упрекните своего отрока словами. Быть может, ваша внутренняя скорбь по поводу его отсутствия на литургии даже действенней отзовется в нем, чем десять родительских понуждений. Или наоборот, он увидит счастливых после причащения родителей, и это будет ярким контрастом с его собственным состоянием, что побудит его последовать другой раз за ними. В любом случае родители своего ребенка в его сознательном возрасте могут предлагать, но не вынуждать идти к исповеди или Причастию.
17. Настоятельно не рекомендуется выстаивать с детьми всю службу. Даже взрослым часто нелегко дается сохранять молитвенное внимание на протяжении двухчасовой службы, не говоря уже о более длительных монастырских. Естественно, это не под силу детям. В результате они начинают вести себя в храме неблагоговейно — бегать по храму, играть, капризничать. И тем самым теряют чувство священного. Такие дети часто становятся затем безрелигиозными. Они не знают, что такое благоговение. Поэтому количество и время посещений богослужений лучше ограничивать. Достаточно, к примеру, побыть на службе вечером минут двадцать — во время полиелея, и затем привести утром на литургию, минут за двадцать до причащения в возрасте до пяти лет, и понемногу, с каждым годом, это время можно увеличивать. Как бы маме ни хотелось побыть на службе целиком — лучше пожертвовать своим желанием ради ребенка. В практике бывает и другой вариант, когда один из родителей, по очереди, приходит на службу «для себя», другой с детьми подтягивается ко времени причащения. И не давать ему вести себя это короткое время пребывания в храме вольно. В некоторых развитых приходах практикуется отдельная литургия для детей.
Во многом способность благоговейно стоять в храме на молитве зависит от того, в какой мере вошли в домашний обиход молитвы семьей.
18. Нельзя забывать, что атмосфере воцерковленной семьи противостоит совершенно нехристианская атмосфера школы, ТВ, Интернета. Что его сверстники живут совершенно другими взглядами на жизнь. И не всегда у нашего растущего человечка, если он и в самом деле имеет добрый религиозно-нравственный настрой, бывают друзья и подруги одного с ним духа.
Защитить его от нездорового влияния секулярного мира можно через развитие в нем навыков к здоровой критичности, вкуса к внутренней свободе. По замечанию прот. Виталия Шинкаря, «задача родителей — не к исповеди детей готовить, а для начала раскрыть им глубину жизни, научить правильному ее пониманию. Привить любовь к хорошему чтению, научить понимать стихи. С детьми нужно говорить — о жизни, о ее содержании, об окружающем мире. Не ограждать их от этого мира, не пугать тем, что вокруг и повсюду одно "сатанинское", а давать детям дозы "духовного противоядия". Начать с того, что обсудить с ребенком смысл услышанной песенки, спросить: "Что ты слышишь в ней? Что ты видишь в этой книжке? А в этом фильме? Слушай, вот мне показалось то-то и то-то, а тебе? И как тебе этот персонаж? По-моему, он говорит одно, а думает другое. Почему художник, для того чтобы изобразить зло, рисует темноту? И почему свет всегда вносит ясность, а мрак что-то скрывает?" И тогда ребенок начинает видеть глубже и оценивать свои поступки именно с этой глубины, вглядывается в них. Грех для него становится отсутствием Бога — того самого света».
И, конечно, необходимо за них нести подвиг молитвы. Не только с детьми разговаривать о Боге. Но и с Богом — о детях. 
19. Относительно поста — к нему следует прививать навык, сообразуясь с детской психологией и особенностями организма. Поначалу какие-то ограничения в пище будут вводиться самими родителями. Но в целом им стоит поставить перед собой цель, чтобы, по мере возрастания, ребенок сам захотел в чем-то себя ограничивать ради Бога. Пусть даже это будет «всего лишь» отказ от мороженого или чипсов — но если он сделает это сам, то это окажется немалым шагом в развитии личного религиозного опыта. Опять-таки, мера готовности к посту у детей во многом зависит от родителей. Очень важно, чтобы пост не сводился к банальным дисциплинарным требованиям, не воспринимался как что-то унылое и безвкусное — во всех смыслах этого слова.
20. Первые исповедь и Причастие желательно как-то отметить, чтобы это запомнилось, чтобы это действительно было праздником для детей. В этот ответственный день можно одеть ребенка и одеться самим понаряднее. Не лишним будет и праздничный, хотя с сохранением какой-то скромности (без алкоголя для взрослых, без излишеств в сладостях) стол, посещение уютного кафетерия или что-то в этом роде.
Помните, что, участвуя в развитии ребенка во всех его сферах — духовной, психологической, социальной, — мы не должны добиваться того, чтобы он соответствовал нашим ожиданиям, как бы этого ни хотелось. Наша задача — подготовить его к самостоятельной взрослой жизни. И чтобы он сам мог строить свои личные отношения с Богом.
19.06.2017

Оставлять комментарии могут только прихожане этого храма

в ответ на комментарий

Комментарий появится на сайте после подтверждения вашей электронной почты.

С правилами ознакомлен

Защита от спама: