Адрес электронной почты
Пароль
Я забыл свой пароль!
Входя при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами
Имя
Адрес электронной почты
Пароль
Регистрируясь при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами

исп. Петр (Чельцов), прот.

Дни памяти (по старому/новому стилю):
30 августа (12 сентября)
Житие, обретение мощей

Петр Алексеевич Чельцов (1888 - 1972), протоиерей, клирик Владимирской епархии, исповедник
Память 30 августа, в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской и в Соборе новомучеников и исповедников Соловецких

Родился 20 августа 1888 года в селе Шехмино Рязанской губернии (ныне Рыбновский район Рязанской области) семье псаломщика, впоследствии ставшего священником. В отрочестве прислуживал в храме с. Болошнево Рязанской губ., где настоятелем был протоиерей Иоанн Викторов, а позже служил его сын о.Михаил Викторов.

В 1904 году закончил Рязанское духовное училище, в 1910 году - Рязанскую духовную семинарию. Как первого ученика, за казенный счет его отправили в Киевскую духовную академию.

На родине у него осталась невеста, Мария Стародубцева, внучка протоиерея Иоанна Викторова от дочери Анастасии Ивановны. Когда Петр после первого курса в 1911 г. приехал на каникулы, то будущая теща приложила старания к тому, чтобы молодые поженились, хотя устав Академии запрещал жениться до окончания учебы, и свадьба состоялась. Вернувшись в Академию, Петр по собственному прошению был уволен из числа студентов.

16 октября 1911 г. был рукоположен во священника епископом Димитрием (Сперовским). Определен к Георгиевской церкви с.Уляхино-Юрьево Городище Касимовского уезда Рязанской губернии. Одновременно был законоучителем Уляхинской церковно-приходской школы и Сивцевской школы грамоты.

В августе 1912 г. о.Петр по совету протоиерея Анатолия Правдолюбова подал прошение о восстановлении в Киевской духовной академии (женатым священникам дозволялось учиться в академии) и поступил на второй курс. В 1915 г. окончил Академию со степенью кандидата богословия с правом получения степени магистра богословия без новых устных испытаний

В 1915 году назначен преподавателем Ветхого Завета в Смоленской духовной семинарии. Одновременно с преподаванием в духовной семинарии с 24 октября 1915 г. до 1918 г. служил законоучителем и инспектором классов в Смоленском женском епархиальном училище. С 22 июля 1916 г. он исполнял обязанности редактора "Смоленских епархиальных ведомостей".

О.Петр был активным церковно-общественным деятелем Смоленска. 31 июля 1916 г. преосвященный Феодосий (Феодосиев) назначил о.Петра товарищем председателя Братства прп.Авраамия Смоленского (председателем был сам епископ). 8 августа 1916 г. он был избран членом Комитета помощи жертвам войны. Ему было поручено приобретение Евангелия и религиозно-просветительской литературы для лазаретов, выяснение возможностей издания житий Смоленских святых. Он участвовал в организованных Братством публичных религиозно-нравственных чтениях в пользу жертв войны. 21 ноября 1916 г. на таких чтениях он прочитал лекцию "О смысле страданий". В 1916 г. он принимал активное участие в съезде духовенства и церковных старост Смоленской епархии. 25 мая - 5 июня 1917 г. участвовал во Всероссийском Съезде педагогов и деятелей духовных школ в Москве.

Был избран от клириков и мирян Смоленской епархии членом Поместного Собора 1917-1918, на котором был одним из самых молодых участников.

После закрытия в 1918 г. духовных учебных заведений был призван солдатом в тыловое ополчение, как не имеющий прихода. Но по ходатайству прихода Ильинской церкви г. Смоленска был освобожден и приходским собранием в ноябре 1918 г. был избран священником этого храма. Преподавал литургику и гомилетику на пастырских курсах, организованных в 1921 г. смоленским епархиальным начальством, был экзаменатором кандидатов в диаконы и священники.
18 апреля 1921 г. был возведен в сан протоиерея. О.Петр был ревностным последователем патриарха Тихона.

6 апреля 1922 года арестован за "сопротивление изъятию церковных ценностей", освобожден через два месяца "за неимением состава преступления".

Вместе с супругой воспитывали приемную дочь Марию. Матушка часто ездила к старцам и побуждала к этому и отца Петра. Часто они бывали в Оптиной у старца Нектария, а один блаженный сказал батюшке, когда тот закончил академию: “Ну вот, Петенька, начинается наша академия”. Это был 1915 г. Позже, в заключении, отец Петр не раз вспоминал эти слова.

В 1924 году был вновь арестован (и тем самым изолирован) в связи с прохождением в Смоленске Обновленческого съезда - как последователь патриарха Тихона. Обвинялся в контрреволюционной деятельности, через 10 дней был освобожден за недоказанностью обвинения.

19 июня 1927 г. вновь арестован по обвинению в "групповой а/с деятельности, распространении к/р литературы" и был приговорен к 3 годам концлагеря, которые он провел в Соловецком лагере особого назначения. Впоследствии отец Петр вспоминал, что на Соловках его "даже в море топили, но Господь сохранил его". В Соловецком лагере окончил фельдшерские курсы, работал фельдшером. Матушка Мария собирала посылки о.Петру и даже ездила к нему на Соловки.
В 1929 году был досрочно освобожден из лагеря с запрещением проживания в 6 населенных пунктах с прикреплением к определенному месту жительства. Проживал до 1 ноября 1930 г. в д.Заречье, затем в г.Кадникове Вологодской области. Работал на дому сапожником. Матушка Мария поселилась вместе с ним. В это время он посещал Лазаревскую кладбищенскую церковь в г. Вологде.

7 марта 1933 года был арестован в Кадникове по обвинению в том, что "являлся участником антисоветской группы из числа ссыльных и проводил среди населения контрреволюционную агитацию, материальной помощи ссыльному духовенству". Проходил по групповому делу "Дело Чельцова П.А., Мечева С.А. и др., г.Кадников, 1933г.". Был приговорен к трем годам лагерей, отбывал наказание в ИТК г. Коноша Архангельской области. Освобожден в апреле 1936 г.

После освобождения служил в Казанской церкви села Нарма Курловского района (ныне Гусь-Хрустальный р-н) Владимирской области. В 1941 г. храм был закрыт.

В мае 1941 года был арестован в Нарме по обвинению в неуплате государственного налога, приговорен к 1 году ИТЛ, наказание отбывал в Угличском исправтрудлагере (Ярославская область). В мае 1942 г. был освобожден и вернулся в Нарму.

16 апреля 1942 г. назначен священником Рождественского храма села Заколпье - первого храма, открывшегося после долгих лет в Гусь-Хрустальном районе.

Из воспоминаний псаломщика, служившего вместе с о.Петром:

"На Пасху к батюшке столько приходило народу, что пространство у Царских врат между железными перилами завязывалось веревками, чтобы народ не подавил о.Петра. С каждым прихожанином, подходившим к кресту после литургии, батюшка на Пасху троекратно лобызался и говорил: "Христос Воскресе!" Это неимоверная нагрузка, не считая службы. На ногу батюшка был очень легкий. Надевал лапти и ходил по деревням для совершения треб. После войны было много людей с нервными расстройствами. Отец Пер соборовал, причащал и даже дерзал отчитывать бесноватых. Нередко он помогал неимущим - на строительство"
18 июня 1949 года был арестовал в Заколпье по обвинении в "участии в антисоветской группе".

О.Петра обвинили в следующем:

"Будучи убежденным монархистом, неоднократно судившимся за антисоветскую деятельность, в 1942г. установил связь с Молостовым Г.М., после чего вошел в число наиболее активных участников антисоветского подполья. На протяжении 1942-1945 гг. в лесу, в сторожке, где укрывался руководитель подполья Молостов, Чельцов неоднократно принимал активное участие в антисоветских сборищах церковно-монашествующего элемента, где присутствующими распевались антисоветские стихи [богослужебные песнопения], давались Молостовым установки по антисоветской работе.
В 1943г. Чельцов неоднократно укрывал в своем доме руководителя подполья Молостова Г.М. и его приближенных, оказывал ему материальную поддержку. Одновременно с этим, в целях популяризации Молостова среди населения, Чельцов во время богослужения в церкви с.Заколпье, предоставлял ему возможность выступать перед верующими... На протяжении 1943-1946гг. Чельцов группировал вокруг себя из числа прихожанок - колхозниц сестер Яниных Анну и Марию и др., взял их на свое содержание и разжигая среди них религиозный фанатизм, принудил их бросить работу и заняться кликушеством...
Кроме того, обв.Чельцов на протяжении длительного периода времени хранил и распространял контрреволюционную и монархическую литературу... Выступал с антисоветским проповедями. Группируя вокруг себя враждебный церковный элемент, среди которого вел агитацию, направленную на срыв мероприятий, проводимых Советской властью. Призывал колхозников на невыход на работу и отказ от участия в выборах депутатов в Верховные Местные органы Соввласти".
В предъявленном обвинении о.Петр виновным себя не признал. Во время следствия содержался во Владимирской тюрьме.

13 февраля 1950 года он был приговорен к 10 годам ИТЛ. Был этапирован усиленным конвоем как "особо опасный преступник" в ИТЛ на лесоповале пос. Инта, Коми АССР. Затем перемещен в ИТЛ "Минеральный", пос. Абезь Интинского района Коми АССР.

В 1954 г. о.Петр обратился к Генеральному Прокурору СССР с заявлением, в котором описывал как проходило следствие (жалоба была оставлена без удовлетворения):

"В процессе следствия мне было предъявлено обвинение в том, что я будучи священником Православной Церкви, будто бы вел агитацию против колхозов и участвовал в антисоветской организации, группировавшейся вокруг монаха Молостова. В отношении первого обвинения никаких доказательств мне предъявлено не было, хотя я очень просил допросить свидетелей, меня изобличающих в этом и дать мне очные ставки. Я настойчиво требовал дать мне очную ставку с монахом Молостовым, но и в этом мне было отказано. А ставка дала бы очень многое. Дело в том, что этого Молостова я был вызван два раза причащать в 1943г. и в том же году его больного привозили причащаться ко мне в храм. Больше до 1945г. я Молостова не видал. В 1945г. до меня дошел слух, будто бы Молостов внушает своим посетителям, не посещать храмов патриаршей ориентации, как красных и еретических. С целью вразумить Молостова, прекратить такую подрывную агитацию, я в августе 1945г. нарочно ходил убеждать Молостова, и последний должен был подтвердить на очной ставке это, но в этой ставке мне было отказано и меня следователь характеризовал как противника патриарху Алексию, в то время как я был зарегистрирован священнослужителем патриаршей церкви в с. Заколпье...
Меня обвинили в хранении контрреволюционной литературы. Что это за литература?... [о.Петр перечислил книги изданные до 1917 г.]. Но кто и когда ранее 1949 г. объявил ее контрреволюционной и где было напечатано запрещение хранить ее? А если это контрреволюционная литература, то почему меня за хранение ее не судили? Когда меня допрашивал следователь, я ставил перед ним вопрос: Будет ли у меня суд? Будет ли мне предоставлена защита? Следователь мне постоянно отвечал, что будет суд и на суде вы будете оправданы, а для ускорения дела вы подписывайте все, что вам предъявят. "На суде все это отлетит, как шелуха". Конечно, ему я верил, и вот когда материал был ими собран, вместо суда дело отправили в ОСО. Почему? Юристы говорят, что для суда в вашем деле нет состава преступления, и вас не за что было судить. Я третий раз в лагерях, и ни разу меня не судили.
В 1927 г. с физическим воздействием заставили подписать чистый лист бумаги (sic!). Когда я протестовал, почему должен подписывать чистый лист? Мне говорили: "А Вам не все равно, вы пишите: "предъявленное обвинение не признаю" и я подписал, а что на этом листу писалось потом, я ничуть не знаю. Я полагаю, что три раза я был репрессирован только потому, что я был священником (священствую с 1911 г.), на основании голого подозрения и искривления линии поведения работников ГПУ и МГБ. Я окончил Духовную Академию и с 1936 г., как репрессированный, я уже не стремился служить в городе, а был священником при сельском храме. Как образованный священник я был "бельмом на глазу" для работников МГБ. Вполне понятно, что в отношении меня могло сложиться решение: "Этого попа нам во что бы то ни стало нужно посадить!" Так предупреждали расположенные ко мне прихожане, кои были в разное время допрашиваемы обо мне. "Как мы Вас пропустили в 1937 г., когда мы всех зачищали?" Так говорил мне следователь в 1949 г. "Так в чем же я виноват и за что вы будете меня судить?" Спрашиваю я следователя Чугина и получаю ответ: "Вы сами понимаете: в случае войны на вас надеяться нельзя, и мы вас должны изолировать!" Для меня ясно, что репрессирован я на основании голого подозрения. Я не контрреволюционер и чувствую себя не виновным. Прошу мое дело пересмотреть и за недоказанностью обвинения дело мое производством прекратить, или же дать мне возможность опровергнуть обвинение судебным порядком. Петр Чельцов. 22.12.54[г.].
В ноябре 1955 г. после выхода Указа Президиума ВС от 3 октября 1955 г. о.Петр, как престарелый инвалид второй группы, был освобожден досрочно под опеку родственников и надзор органов МГБ. О.Петр выехал в с. Заколпье под опеку матушки Марии, у которой предварительно потребовали подписку о согласии взять на иждивение мужа-инвалида. В это время матушка Мария жила с помощью добрых людей - после ареста мужа ее выгнали из дома. Год о.Петр жил в с.Заколпье под надзором органов МВД как ссыльный поселенец. Он был обязан ежемесячно являться в Курловскую районную комендатуру на регистрацию, и только 28 марта 1956 г. он был освобожден из-под надзора органов МВД.

13 декабря 1955 г. по своему прошению получил назначение к Пятницкой церкви с. Великодворье (Пятница) Гусь-Хрустального района Владимирской области. В небольшой Пятницкий храм приезжали богомольцы из самых различных мест нашей Родины. Для каждого о.Петр находил слово утешения и ободрения. Служил он несколько раз в неделю. В течение дня иногда совершал не один молебен для многочисленных богомольцев.

В 1957 г. о.Петр подал заявление о снятии судимости и получил отказ, к заявлению была приложена справка архиепископа Владимирского и Суздальского Онисима, в которой говорилось, что

протоиерей Чельцов "за время своего служения зарекомендовал себя пастырем добрым, отзывчивым к нуждам своих пасомых, аккуратным и исполнительным в прохождении своих пастырских обязанностей. Никаких жалоб на него ни от кого не поступало. Взысканиям от Епархиального начальства не подвергался. Здание храма в селе Заколпье привел в должный порядок. В заключение выше изложенного не могу умолчать и других положительных качеств его личности как гражданина; он высокообразованный, безусловно трезв, культурен, патриотически настроен, проявлял похвальную активность в реализации Госзайма 1956 года и призывал к этому свою паству".
Службы о.Петра были очень торжественны. Особое попечение он имел о благолепии храма, привлекал к этим трудам прихожан. Служил он без сокращений (несмотря на уговоры жалевших его певчих), не допускал искажений и поспешности. Чтение было ясным, пение стройным. Когда была возможность, он сам пел на клиросе. Он был очень музыкален, имел приятный мягкий голос, дома под аккомпанемент физгармонии исполнял церковные песнопения.

В половине пятого утра уже был в храме, принимал людей, исповедовал. Затем служил Литургию, молебен с акафистом и панихиду. Молился он горячо, со слезами. В 12 часов дня, уставший до изнеможения, шел домой, но уже через час вновь был в храме, отпевал, служил заказные молебны. Вечером - всенощная, а затем вновь принимал людей. 20 февраля 1969г. епископ Онисим обратился в Московскую Патриархию, чтобы изготовить потир для Пятницкой церкви емкостью полтора литра, т.к. существующий не вмещал частицы, вынутые на проскомидии, а еще надо было причащать до 400-500 исповедников. Отец Петр стоял со Святой Чашей до одеревянения ног, рукой его водила церковница. После причащения прихожан он не сразу мог сдвинуться с места.
Отец Петр часто повторял: “Я не врач, я помочь не могу, я молиться буду, и Господь исцелит”. Множество людей исцелилось по его молитвам, даже от безнадежных болезней (таких, как рак, например). Благодарные люди присылали батюшке с матушкой продукты: а они кормили богоморльцев, помогали нуждающимся - одеждой, деньгами. Служение Богу и людям было смыслом жизни о.Петра.

Летом 1972 года о.Петр заболел, но, превозмогая болезнь, продолжал богослужения.

Скончался 12 сентября 1972 г. и был погребен за алтарем храма. Чин погребения совершал архиепископ Владимирский Николай (Кутепов) в сослужении с клириками разных епархий. Когда гроб с телом о.Петра обносили вокруг храма, за ним следом несли и матушку Марию на носилках, сама она идти не могла. Матушка Мария скончалась 4 декабря 1972 г. на Праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы.

22 марта 1989 года был реабилитирован зам. прокурора Владимирской области по 1950 году репрессий, 31 марта того же года реабилитирован прокуратурой Вологодской области по 1933 году репрессий.

Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 13-16 августа 2000 года протоиерей Петр (Чельцов) причислен к лику святых.

Развернуть
Тропарь, кондак, величание

Тропарь, глас 3:
Земли Российския украшение,/ исповедниче отче Петре,/ в правей вере
и благочестии пожил еси,/ верныя в годину гонений утешая и истине научая,/
узы, поношения и скорби претерпел еси/ и венец правды от Христа Бога
приял еси./ Сего ради молим тя:/ спасай нас молитвами твоими/ от всех бед и
напастей.

Кондак, глас 4:
Первоверховному апостолу пастыря соименнаго,/ утешителя
скорбящих и целителя немощных,/ хвалу и утешение наше днесь любовию
восхвалим, вернии./ Сей бо есть целитель доблий/ и молитвенник теплый о
душах наших.

Развернуть
Молитвы, акафист, канон

Молитва

О, пресвитере и служителю Божий, отче святый Петре, избранниче и
пастырю Христов! Ты измлада Бога искренне возлюбил еси, душу храмом
Святаго Духа соделал еси и всего себе, яко жертву чисту, Спасу Христу
принесл еси до последняго твоего исхода.
Ей, праведниче Петре, от древних святынь Печерския Лавры, яко от
полноводныя реки, познанию истины наученный! Ты, тяжкий и тернистый
путь спасения ради души твоея от Бога восприем, Христа пред миром
лукавым, от негоже поношения жестокая претерпевая, даже до смерти
исповедал еси и, яко пастырь дивный, дары Божия показуя, в земли
Владимирстей на радость и утешение людем страждущим явился еси.
Отвсюду бо в весь Великодворскую за помощию и утешением к тебе
болящии и недужнии прихождаху и врачевство велие от тебе приимаху.
Темже и мы, недостойнии и грешнии чада твоя, дивящеся твоему пред Богом
дерзновению, взываем к тебе сице: испроси благостояние Церкви Русстей, в
мори житейстем обуреваемей, Отечеству нашему мир и обновление
духовное; нам же утверждение и преспеяние в вере, христианскую кончину и
Божие милосердие на Страшном Суде Христовом, идеже праведницы
возсияют, яко солнце, с нимиже да сподобимся и мы прославляти в Троице
певаемаго Бога, Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Развернуть