Православные истории

Крестил детей. Во время таинства стараюсь комментировать то, что делаем.

– А сейчас крестные с младенцами поворачиваются лицом на запад. И произносят крещальные обеты. Дети маленькие, и вы, взрослые, делаете это вместо них. Видите, мы не только на словах отрекаемся от сатаны, но даже и плюем на него. Да, вот так, «и дуни, и плюни на него»! Вдумайтесь: мы бросаем вызов врагу рода человеческого от лица этих маленьких человечков. И сейчас же не медля обращаемся ко Христу и посвящаем Ему наших детей. «Сочетаваеши ли ся Христу»? «Сочетаваюся»! Теперь мы никого не боимся. Мы плюем на всякую нечистоту, потому что с нами Сам Христос. А если Он с нами, то кто против нас?

В храме, как обычно во время крещения, многолюдно. Такое событие – праздник для всей семьи. Кто-то молится, кто-то просто стоит и с улыбкой смотрит на малышей. Папы, мамы, дедушки, бабушки – все тут.

Может, потому я сперва и не обратил внимания на молодого человека, лет 35, приятной внешности и спортивного телосложения. С таким человеком тянет если не поговорить, так хотя бы просто перекинуться парой дежурных фраз, улыбнуться и пожелать здоровья.

Одновременно было в нем что-то такое отталкивающее, что при более пристальном рассмотрении его лица, а особенно глаз моментально отбивало всякое желание с ним общаться.

После окончания крещения шумная счастливая толпа детей и взрослых дружно направилась к выходу. Храм опустел и сразу же погрузился в тишину. В этой тишине остались только мы двое – я и молодой человек, весь вид которого говорил, что он больше привык подчинять, нежели подчиняться.

Он стоял возле солеи и смотрел в мою сторону уверенным немигающим взглядом. Я догадывался: он хочет со мной заговорить. Только мне этого совсем не хотелось, потому я и попытался было пройти в алтарь, но мужчина меня окликнул:

– Батюшка, мне бы с вами поговорить.

Я остановился.

– Наблюдал за тем, как вы крестите, мне понравилось. Особенно эти ваши слова: «Мы плюем на врага рода человеческого». Да, замечательно.
​Он говорит, а у меня в голове: где-то я видел этого человека. И тут же вспомнил: да это же Советник из старого советского фильма «Снежная королева», точно такой же – ни эмоций, ни улыбки.
– Я тоже был бы не прочь плюнуть в сторону сатаны, только – увы! – мне пришлось бы плевать в самого себя.
И видя недоумение в моих от удивления широко открывшихся глазах, без тени улыбки продолжил:
– Он во мне уже много лет, еще от юности. Как вошел? Не знаю. Просто однажды вдруг почувствовал в себе где-то здесь, в груди, ничем не насыщаемую огненную топку. Об этом состоянии трудно рассказать, его можно только испытать. Такие, как я, легко узнают друг друга – именно по наличию такой вот «топки» в груди.

– А что, таких, как вы, немало?

– Во всяком случае в моем окружении предостаточно.

Я удивился, узнав, кем он работает и какую в таком возрасте занимает должность.

– Не удивляйтесь. С ним чувствуешь себя уверенно и всегда добиваешься того, что задумал. Он ведет своего носителя по карьерной лестнице. С его помощью я легко пожираю тех, кто встает на моем пути. Потому что тот, кто во мне, обычно сильнее тех, кто был в них.

– Получается, что между такими, как вы, идет постоянная борьба?

– Нет, иногда мы любим друг друга, особенно когда собираемся вместе и напиваемся. Тогда те, кто в нас, пищат от радости. Мы способны выпивать очень и очень много и при этом не пьянеть и никогда после не болеть похмельем.

– Вы не пытались избавиться от того, кто в вас?

– Однажды попытался и даже ездил к одному мудрому монаху. Но не получилось. Скорее всего, я еще не готов с ним расстаться. Ведь тогда моя карьера рухнет и я потеряю способность подчинять себе других. С ним удобно. Например, входишь в церковь и сразу видишь, кто и какой страстью страдает. Имея такое знание, легко управлять человеком. А еще тот, кто во мне, личность необыкновенно творческая и позволяет находить выход из любой ситуации. Особенно когда мне требуется быстрота решения. В такие минуты я созываю подчиненных и устраиваю им разнос, кричу, обязательно матом, топаю ногами. Потом всех выгоняю, сажусь за стол и успокаиваюсь. Тогда в моей голове рождаются удивительные, порой просто гениальные решения. Как часто информация лавиной проходит сквозь мой разум. Я знаю то, о чем вы способны только предполагать. Например, мне известна иерархия темных сил, и я знаю, как они действуют. Вы что-нибудь слышали о такой книжке «Записки Баламута»?

– Клайва Льюиса? Не только слышал, но и читал.

– Я тоже ее прочел. Знаете, очень похоже на то, что есть на самом деле. Вы сегодня плевали на сатану. А ведь вы даже не представляете, какой он на самом деле.

– А вы представляете?
– Да. Несколько раз в своей жизни я чувствовал его приближение. Я чувствую его как некую огромную духовную субстанцию, готовую ворваться в этот мир и поглотить его. Но существует большая сила, что не допускает ему сюда прорваться. Какие-то малые начала проходят, но для него самого проход пока остается закрытым. Конечно, я вынужден постоянно подавлять в себе моего «подселенца». Но иногда он становится очень сильным и заставляет меня вытворять такое, о чем вам лучше не знать. Сейчас по телевидению часто показывают состязания между экстрасенсами. Я бы тоже мог в нем поучаствовать, но положение не позволяет. Хотя я знаком с некоторыми из тех, кто участвует в телепередаче «Битва экстрасенсов», периодически мы общаемся, и, скажу вам, они относятся ко мне с большим пиететом.

Мы беседовали с этим человеком около получаса. Под конец нашего разговора он вдруг и заявляет:

– Сейчас мне с моим «подселенцем» удобно. Я не говорю – комфортно, с ним никогда не расслабишься, но пока он мне нужен. Только я не собираюсь терпеть его вечно, потому что знаю, что такое ад, и сделаю всё, чтобы туда не попасть. Я человек верующий, ношу на себе крест с распятием, периодически хожу на службы, причащаюсь. И когда-нибудь обязательно от него избавлюсь, но не сейчас. Как у нас раньше говорили: пока еще не созрел.

Он попросил молитв, вежливо поклонился и ушел. А я остался стоять, пытаясь прийти в себя. Я не испугался его, нет, но от последнего признания, что такой человек еще и причащается, честно скажу, содрогнулся. Какой уж тут тест на бесноватость!

Несколько дней спустя я попал по делам в митрополию и там неожиданно встретил моего хорошего товарища. Когда-то мы учились с ним в Свято-Тихоновском институте. Встретившись, зашли в кафе, вспоминая годы совместной учебы, наших товарищей и учителей.

Потом мы прогуливались с ним по городу и оказались рядом с одним из храмов. Я вспомнил, что видел в нем замечательный образ святителя Николая, и немедленно предложил:

– Отче, давай зайдем. Мы хотим написать икону святителя Николая, а здесь как раз именно такой образ, который мне очень нравится.

Заходим. В церкви никого нет, только рядом с иконостасом стоит благообразная, пожилых лет женщина и читает Псалтирь. Едва слышно, вполголоса. На нас, двух вошедших священников, она не обращает внимания и продолжает читать. Мы подошли к иконе.

– Знаешь, я ее, пожалуй, сфотографирую. Нужно бы только спросить разрешения.

– У кого?

– Ну хотя бы у той же служки.

– Зачем? Я дружу с настоятелем этого храма. Так что пустые формальности, батюшка.

– Нет, как-то неудобно, мы же не у себя, нужно быть вежливыми, – и я направился к женщине.

– Матушка, простите, вы здесь поставлены следить за порядком, и я хочу попросить вашего благословения сфотографировать вон тот образ. Мы у себя в храме хотим написать такой же.
Женщина оторвалась от чтения Псалтири, окинула нас, священников в облачении и при крестах, взглядом и вдруг закричала. Не вспомню точно, что она кричала, только мы с другом вылетели из храма так, будто нас выгнали из него пинками. Оказавшись на улице, оглядевшись вокруг и придя в себя, я наконец спросил:

– Что это было, Ватсон? Вы что-нибудь понимаете?

– Еще не до конца, мистер Холмс. Пока ясно только одно: ведьмы любят читать Псалтирь.

Священник Александр Дьяченко
15 августа 2014

- - - - -