Пётр Мамонов. "В 45 ЛЕТ МНЕ СТАЛО НЕ ЗАЧЕМ ЖИТЬ..."
О ВСТРЕЧЕ С БОГОМ.

С тех пор, как я стал жить в деревне, я там часто бываю один. Как говорит мой любимый святой Исаак Сирин, одиночество собирает душу. И волей-неволей начинаешь думать о каких-то главных вещах. Наверное, самое главное – это наше рождение и наша смерть. Между ними – наша жизнь. Ничего важнее нашего рождения и нашей смерти нет.

Я понял, что если я день прожил, и никому от этого не было хорошо, то я прожил этот день зря. Потому что будет смерть и будет вечность, и будет встреча с Богом. И что я ему скажу?..

Вот я сегодня всё успел… И на работе всё сделал, и там заплатил, и там починил… Зачем я жил?

Все мы, в частности я, очень заняты этим "налаживанием": компьютером пользоваться умеем, машину водить умеем, читать умеем, размышлять умеем… Прощать не умеем, не раздражаться не умеем, не пустословить не умеем. Всё, что может нам пригодиться в Вечности, мы не умеем. Ничего не умеем.

Что мы будем делать в четверг, если умрем в среду? Я себе реально стал задавать этот вопрос. Вот я умер. Вот четверг. Что я буду делать?

В кинофильме «Остров» я ложился в гроб. Три раза выскакивал оттуда. Серьёзное дело: три стеночки и крышка. Так и мы все ляжем в этот гроб и восстанем в новом теле… Что же делать? Изо всех сил стараться поменьше привыкать ко всему земному. Потому что всё это придётся оставить. И этот дом огромный, который я построил... И я думаю: а кто здесь будет жить? Какие дети? Продадут тут всё…

Зачем я живу? Я родился, я умру. Зачем? Я стал себе жёстко этот вопрос ставить. Зачем я это делаю? Зачем я это говорю? Зачем я с этой женщиной живу? Зачем я здесь стою? Зачем? Если честно себе на этот вопрос отвечать, жизнь станет меняться.

В 45 лет мне стало незачем жить. У меня была слава, деньги, работа, любимая жена, дети, Мерседесы, все дела… Мне стало незачем вставать утром. Я упёрся в стену вот этой своей довольной физиономией. Хоть в петлю лезь…

Я стал искать. Что они делают в этом храме со свечками? Я купил молитвослов, стал читать. В моём первом молитвослове галочками отмечены молитвы, с которыми я, видите ли, согласен. Три штуки из двадцати.

Но когда мне стало позарез надо, Бог сказал мне: «Здравствуй! Это Я. Я есть. Я с тобой». Ничего себе, думаю я. Круто! Я нашёл!

Николай Васильевич Гоголь говорил, что общество состоит из единиц. Какие будем мы, такая будет и вся страна… И начинаешь смотреть в зеркало: кто ты такой? Что ты за человек? Давай у твоих домашних спросим: им с тобой хорошо?

Поэтому я взял листочек тетрадный, разделил его на две половинки, справа написал, кому со мной хорошо, слева – кому я надоел. Довольно печальный получился список. Лет двадцать прошло в этих мыслях, и правая сторона начала увеличиваться.

Законы духовной жизни такие же строгие, как и физические. Нельзя быть плохим человеком, но хорошим писателем. Дерево – по плодам. Листья могут быть роскошные, а плодов нет. Год нет, два нет, три нет... Дерево срубают и бросают в огонь.

Не знаю, смогу ли я выдержать, если настанут какие-то страшные испытания. Вот День Победы был. Прикидываешь сразу: а как бы ты? Если бы жену убили, детей убили, дом разбомбили… Как бы ты? Вот так я размышляю. И слёзы текут. Ужасен я.

Мне довольно просто было играть отца Анатолия в фильме «Остров». Я так же мучаюсь по своим мелким поводам... Но наша вера – это свет. Это радость. Но радость другого свойства. Радость, которую отнять нельзя.

Что бы я сделал, если бы сегодня твёрдо знал, что завтра я умру. Помирился бы со всеми. Вот и всё. Просто волнует меня это. Как я живу? Какой точкой в этом круговороте существую?

Вот, думаю, умру. И буду без неё. Буду не с ней, а с ангелами. Нет, браток, тебя там именно с ней и поселят навечно. Надо с ней мириться сейчас. С ней жить и брать её такую, какая она есть, и ничего от неё не требовать...

Добро очень привлекательно. Это высший кайф! Давайте в эту сторону грести… И жизнь начнет меняться.

Меня часто спрашивают про родительскую семью. У меня было счастливое детство, потому что мама с папой трепетно и нежно друг друга любили. И я при этом просто жил. Отец не читал мне нотаций. Он передо мной просто жил. Маму любил и всегда о ней заботился.

Про свою семью не могу сказать того же. Но ум направляется всё время в правильную сторону. Потому что я знаю. Потому что мне образ был явлен. И мой ум всё время работает. Человек я сложный, бывает всякое… Но я стараюсь!

Видите ли, Богу не важен результат. Ему важен вектор. Куда мы устремлены? Я устремлен к ней. Любовь – это не когда смотрят друг на друга, а когда смотрят в одну сторону.

Мы с моей женой смотрим в одну сторону, чего и всем желаю. Потому что, если ты не счастлив в своей семье, то не найдешь счастья ни в каком другом месте. Счастье наше – это наши семьи. Давайте там налаживать… Хотя бы прощать, хотя бы чуть-чуть идти друг другу навстречу.