Жил в одной деревне мальчик по имени Миша. Был он добрым, да рассеянным: забудет свечу загасить — бежит на речку; хлеб не уберёт — мыши растащат; лапти не почистит — в грязи увязнет. И всё ему казалось, что дела эти малые, неважные.

Бабушка говаривала:
— Мишенька, Ангел-Хранитель у тебя за плечами стоит. Он каждое дело твоё видит и печалится, когда ты нерадив.
А Миша только отмахивался:
— Ангел? Не видал я его. Где он?

И вот однажды летним вечером пошёл Миша в лес за земляникой. Бродил по опушке, забрёл в чащу и вдруг провалился в овраг, поросший крапивой. Упал неудачно — ногу зашиб, вскочить не может. Темнеет. Страшно стало.

Вдруг видит: сидит на пне старичок в лаптях, с берёзовым туеском. Глаза у старичка синие-синие, будто два василька.

— Ты кто? — спрашивает Миша.
— А я — Ангел твоего деда, — отвечает старичок. — Давно на покой отошёл, а сегодня внука твоего деду твоему понадобилось пособить, вот меня и послали. Вижу, что и тебе помощь нужна.
— Помоги, дедушка! — взмолился Миша.

Старичок взял Мишу за руку, и боль утихла. Вывел его на тропинку, усадил на пенёк, достал из туеска ломоть хлеба и налил в кружку молока.

Ест Миша и дивится: хлеб пахнет домом, молоко — парным утром. А старичок смотрит на него ласково и говорит:
— Ты вот всё искал своего Ангела. А хочешь — покажу?
— Покажи! — обрадовался Миша.

Старичок дунул на лист папоротника, и стал лист прозрачным, как оконце. Глянул в него Миша — ахнул.

Видит он свою избу. Бабушка у печи хлопочет, а рядом с ней Ангел — светлый, в белых одеждах, и помогает ей: чтобы тесто подошло, чтобы пирог не подгорел, чтобы у бабушки спина не болела. Вот бабушка улыбнулась, перекрестила пирог — и Ангел радостно поклонился.

Повёл старичок листом — видит Миша поле. Отец плуг ведёт, устал, рукавом пот вытирает. А Ангел рядом идёт, направляет борозду ровно, чтобы камень под лемех не попал.

— А где же мой Ангел? — шепчет Миша.

Повёл старичок листом — видит Миша самого себя, как утром из избы выбегал. Вот он квашню не накрыл — мухи слетелись. Ангел за ним вздыхает и мух отгоняет. Вот он кружку с молоком на лавке оставил, кошка уже нос тянет — Ангел кружку подальше задвинул. Вот он бежит через двор, сороку с ветки спугнул, а под ногами гвоздь торчит. Ангел быстро-быстро перекрестил Мишину ногу, и мальчик перешагнул, даже не заметив.

Стыдно стало Мише до слёз.

— Он, — говорит, — за меня всё время трудится, а я его не вижу и не благодарю.

— Благодарить можно делом, — ответил старичок. — Ангелу не слова твои нужны, а чтобы ты сам в доме порядок навёл, слабому помог, молитву прочитал. Тогда Ангел радуется и силу новую получает.

Тут старичок поднялся, поклонился Мише и растаял, как утренний туман.

Миша пришёл домой, перекрестился на образ, помог бабушке дрова сложить, крынки перемыл, отцовы сапоги почистил. А перед сном встал на колени и сказал:

— Ангеле Божий, хранителю мой святый, прости меня, неразумного. Спасибо тебе за всё.

И показалось ему — или в самом деле теплом повеяло от иконы и кто-то невидимый тихо коснулся его головы.

С той поры Миша ничего не делал кое-как. Не потому, что боялся наказания, а потому, что знал: рядом с ним — верный друг, которого он теперь всегда благодарит.

И с тех пор в доме у них всё спорилось, и хлеба в закромах не убывало, и радости было больше. Потому что там, где живёт благодарность, там и Ангел рядом стоит.