В Москве есть места где я совсем не боюсь работать. Например, Перекрёсток на Шаболовке-10 где напротив храм где настоятель Артемий Владимиров. Совсем не боюсь. Иду в перерыв, покупаю чай, белевскую пастилу, несу пакет на канун, пишу: Артемию Владимирову. Я помню что в XX веке с такими гостинцами делали. Считалось что это подарок от батюшки Серафима сквозь века и эпохи. Он свечку подержал, передал в Дивеево, её в XXI веке передали. Кто-то подержался за свечку, я за платье матушки Фроси Лахтионовой. Теперь я несу гостинец Артемию Владимирову, да не оскудеет стол его во времена штрих-кодального ига. Раньше такую пастилу открывали, засушивали и хранили в оригинальной коробке в святом углу. Чтобы и в голодные годы не умереть от голода. Хотя можно и съесть, и выкинуть - это не принципиально.

Когда меня записали на работу в Хлеб Насущный Таганка на станции метро Третьяковская, я вышла из вагона метро, читаю на единственном (!) указателе: Большая Ордынка. Это к храму митрополита Илариона, - подумала я и пошла бояться. Там действительно страшно. Там скандалы прям в миллиметре от тебя ходят. Градус высокомерия повышается. Там Дворкин, Худиев, Владимиров. Господи!, куда я попала?, где мои вещи? Спасите меня от бытового вампиризма!!!

И, да. Из Перекрёстка на Шаболовке-10 меня выживают всем дружным коллективом как только я гостинец Артемию Владимирову отнесла; я не сопротивляюсь, ухожу. К станции метро Третьяковская меня прибивают как кресту на целый год: зима-весна-лето-осень-зима. Всё наоборот.