Представьте на мгновение молодую девушку из Назарета, которой является Ангел. Теперь представьте, что вся христианская вера, всё богословие и поэзия на протяжении двух тысячелетий вкладывают в обращение к ней одно ёмкое, огненное слово — Богородица. В рождественских песнопениях это имя звучит постоянно и торжественно, будто колокольный звон. «Ты, Богородица, носила в утробе Предвечного», — поёт Церковь. Пастухи у яслей славят Младенца, «родившегося от Девы и Богородицы». Это не просто почётный титул, а точное богословское определение: та, что родила не просто великого человека, а Самого Бога, вочеловечившегося. Это слово — ключ, поворотный момент в истории, когда Небеса соединились с землёй через утробу одной Женщины.

Почему же это так принципиально? Потому что речь идёт не об усыновлении или «признании», а о реальном, физическом рождении. Как пишет великий богослов Иоанн Дамаскин, Дева зачала и родила единую Личность — Бога Слово, воспринявшего человеческую природу. Следовательно, Она — Мать этой Личности. А поскольку эта Личность — Бог, то Она — воистину Матерь Бога. Всё просто и гениально, как математическая формула: родила Богочеловека = стала Богородицей. Отвергнуть это имя — значит разорвать неразрывную связь между Божеством и человечеством во Христе, оставить Его лишь мудрым учителем, а не Спасителем, пришедшим с Небес.

Именно такую опасную ошибку и совершили некоторые в древности. Например, константинопольский патриарх Несторий в V веке, опасаясь смешения двух природ, предлагал называть Деву Марию лишь Христородицей. Церковь с негодованием отвергла это слово как ересь. Почему? Потому что «Христос» (Помазанник) — это звание, которое в Ветхом Завете могло относиться к царям, пророкам, священникам. Назвать Марию «Христородицей» — значит свести Её Сына до уровня одного из многих помазанников, пусть и величайшего, но всё же только человека. Это лишало бы саму тайну Рождества её бездонной глубины и силы.

Поэтому в каждом рождественском песнопении, в каждой стихире Церковь настойчиво и радостно исповедует: «…воспоим (Её), верные, как воистину действительную Богородицу». Это имя — не просто дань уважения Деве Марии. Это догмат, высеченный в литургической поэзии, краеугольный камень православной веры. Оно защищает истину о том, что в яслях Вифлеема лежал не будущий бог, а предвечный Бог, ставший Младенцем. И Той, Которая держала Его на руках, подобает высшее из всех возможных именований — Та, что родила Бога.

Подписаться на канал в МАХ (работает даже при ограничении интернета)

Нажмите на ссылку, чтобы написать записочки о молитве в МАХ