Имя учёного и священника – протоиерея Глеба Каледы – известно многим. Человек он был необычный, удивительно разносторонний. Но была у отца Глеба одна черта, которая объединила и связала меня с ним на долгое время. Его душа болела о самых несчастных и бесправных – о тюремных узниках. Он посвящал много времени Бутырскому храму, где окормлял свою непростую паству – разбойников, грабителей, убийц… Тех, кого презирает человеческое общество, но не отвергает Бог.
Как-то так сложилось, что я стала прихожанкой храма Святой Троицы на Грязех, где настоятелем является протоиерей Иоанн Каледа. Мне посчастливилось познакомиться со многими членами этой замечательной семьи – с матушкой Иулианией – настоятельницей Зачатьевского монастыря, с отцом Кириллом – настоятелем храма Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове, с Василием Глебовичем, врачом-психиатром и другими.

Отец Иоанн, продолжая дело отца, тоже несет бремя тюремного служения. А мы, его паства, помогаем ему в этом чем можем. Я много лет веду переписку с заключёнными. Жалею и молюсь о них. Среди узников особую «статью» составляют заключенные с пожизненным лишением свободы (ПЛС), бывшие смертники. Эти люди никогда больше не выйдут на свободу, не увидят своих близких, не похоронят родителей. Им суждено жить в суровейших условиях, в камерах с холодными голыми серыми стенами, где табуреты прибиты к полу, где еду подают в «кормушки» на специальной деревянной лопатке – таким терять нечего. Похоронят их здесь же, и на могиле не будет ни имени, ни фамилии, ни креста. Эти живые люди для мира уже мертвы. Но Господь по-иному судит, и дает им надежду на спасение, а нам через них – порой совершенно неожиданное утешение. Пример тому – письмо от пожизненно заключённого Вадима К., попавшее ко мне в день рождения отца Глеба Каледы.

Лариса Хрусталева - www.pravoslavie.ru/66316.html