В древности Рождество Христово и Богоявление представляли собой единый праздник, в который отмечалось явление Господа и Спасителя в этот мир, Его воплощение, начало Его спасительной миссии. С годами эти праздники стали отмечаться с коротким промежутком времени между ними, как и сейчас мы отмечаем, но смысл тот же: мы празднуем явление Бога — Сына Божиего, Господа и Спасителя нашего — в этот мир.

Действительно непостижимая велия благочестия тайна: Бог явися во плоти (см. 1 Тим. 3:16). Как человеческий разум может это вместить? Конечно, вместить не может! Всемогущий Бог, Творец неба и земли, Вседержитель, в деснице Которого все творение, — как Он мог стать человеком? И не просто стать человеком, но чтобы пострадать, чтобы принять самое тяжелое, что может быть в человеческой жизни, — оскорбления, издевательства, истязания и, наконец, позорную смерть.

И возникает вопрос, который и в древности многих мучал: «Как же так? Да не может такого быть! Наверное, эти страдания были лишь проявлением некоего Божественного учительства — ну, не мог же Бог страдать!»

Величайшая любовь Бога к людям простирается так далеко, что Он способен войти в человеческое естество, стать одним из нас. Более того, не в образе царя, правителя или могущественного полководца, а в виде самого простого бедного человека, который Свою солидарность с самыми бедными и отверженными людьми доказал Своей смертью на кресте, мучительной и позорной. То есть Господь испытал самое страшное, что только может произойти в человеческой жизни: отвержение от всего и от всех, кто Его окружал, и наконец, позорную смерть вместе с преступниками, и не просто смерть, а смерть в тяжких муках и страданиях.

После того, что Господь по человеческому Своему естеству испытал, мы не можем ни обвинять, ни тем более хулить Бога, ни говорить Ему, как некоторые безбожные или маловерующие люди: «Ну, где Ты, Бог? Если бы Ты был, Ты бы разве допустил…?» — а дальше по списку все то, чем такие люди огорчены.

Господь прошел через самые страшные страдания. Он действительно отождествил Себя с той глубиной мук, которые только способен вынести человек. Он испытал самое страшное — и не только физическую смерть на кресте, но и отвержение близких, тех, кто был вместе с Ним. Даже апостолы разбежались в страхе — один только Иоанн Богослов, любимый ученик, и Мать Господа, Пресвятая Дева Мария, оставались у креста, лицом к лицу созерцая эту страшную смерть и страшные издевательства, которые обращала толпа к Ее Сыну и к его Учителю.

А если у кого-то возникает в сознании некая обида на Бога или непонимание того, что в жизни происходит, то в этот момент нужно сугубо помолиться пред крестом Господним, перед распятием, чтобы понять: Господь прошел как Человек путем куда более тяжелым и страшным, чем всякий из живущих на земле в самое тяжелое время его личных испытаний.

Поэтому сегодня, как и всегда, мы должны благодарить Господа за все то, что Он совершает над нами, над каждым из нас, над народом нашим, и просить Спасителя нашего, чтобы Он и далее ограждал Отечество наше от безбожия, от всякой скверны плоти и духа, чтобы более не пришли к власти те силы, которые пытаются низвергнуть веру в Господа, чтобы народ наш восходил от силы к силе и духовно, и материально, не в плане личного богатства, но в смысле общенародного благополучия. Верим, что Господь будет с нами, покуда мы будем с Ним.
-—
Из Патриаршей проповеди в Крещенский сочельник после Литургии в Храме Христа Спасителя, 18 января 2026 года