Книжник, наученный Царствию

Вечность -- не уничтожение времени, а его абсолютная собранность, цельность, восстановление. Вечная жизнь -- это не то, что начинается ПОСЛЕ временной жизни, а вечное присутствие всего в целостности. "Анамнезис": все христианство -- это благодатная ПАМЯТЬ, реально побеждающая раздробленность времени, опыт вечности сейчас и здесь. Поэтому все религии, всякая духовность, направленные на уничтожение времени, суть лжерелигии и лжедуховность."Будьте, как дети" -- это и означает "будьте открыты вечности". Вся трагедия, вся скука, все уродство жизни в том, что нужно быть "взрослым", от необходимости попирать "детство" в себе. Взрослая религия -- не религия, и точка, а мы её насаждает, обсуждаем и потому все время извращаем. "Вы уже не дети -- будьте серьёзны!" Но только детство серьезно. Первое убийство детства -- это превращение его в молодежь. Вот это действительно кошмарное явление, и потому так кошмарен современный трусливый культ молодежи. Взрослый способен вернуться к детству. Молодежь -- это отречение от детства во имя еще не наступившей"взрослости". Христос нам явлен как РЕБЕНОК и как ВЗРОСЛЫЙ, несущий Евангелие, только детям доступное. Мы ничего не знаем о Христе в 16, 18, 22 года! Детство свободно, радостно, горестно, правдиво. Человек становится человеком, взрослым в хорошем смысле этого слова, когда он тоскует о детстве и снова способен на детство. И он становится плохим взрослым, если он эту способность в себе заглушает (Карл Маркс и все верующие в гладкую "науку" и "методологию". "Методология изучения христологии". Брр!) В детстве никогда нет ПОШЛОСТИ. Человек становится взрослым тогда, когда он любит детство и детей и перестает с волнением прислушиваться к исканиям, мнениям и интересам молодежи. Раньше спасало мир то, что молодежь хотела стать взрослой. А теперь ей сказали, что она именно как молодёжь и есть носительница истины и спасения <...> Молодежь, говорят, правдива, не терпит лицемерия взрослого мира. Ложь! Она только трескучей лжи и верит, это самый идолопоклоннический возраст и, вместе с тем, самый лицемерный. Молодежь "ищет"? Ложь и миф. Ничего она не ищет, она преисполнена острого чувства самой себя, а это чувство исключает искание <...>
В Толстом -- гениален ребенок и бесконечно глуп взрослый. Толстой кончает "взрослостью", и в этом его ограниченность и падение. Достоевский начинает с "взрослости" и нестерпим. Он делается великим и гениальным тогда, когда отдается "логике детства". Вся потрясающая глубина его от того, что дает он в себе волю "ребенку". Но потому и все взрослое его по-настоящему не понимает.