Проповеди протоиерея Андрея Ткачева

Христос Воскресе! Воистину Воскресе!

Дорогие христиане, сегодня мы слышали с вами псалом 136-ой «На реках вавилонских…». Псалтирь в своей основной массе составлена благодаря молитвенным трудам царя Давида, но там есть другие псалмы, которые не связаны с Давидом, есть один псалом Моисеев, 89-ый, есть псалмы других псалмопевцев, ну и в частности псалом 136-ой, он Давидом не писан, потому что Давид жил гораздо ранее вавилонского плена и всего, что с ним связано. Это псалом скорбящих душ, псалом изгнанников, псалом людей, находящихся в плену. Смысл его очень простой: в земле изгнания они сетуют, что их надсмотрщики, надзиратели говорят: «Ну-ка пропойте нам песни, мы слышали, что вы у себя дома их пели, когда жили на родине». А все народы имеют свои песни – собирают урожай и поют, женятся и поют, провожают покойников и поют уже другие песни, но поют.

Песня – это душа любого народа, народ, перестающий петь, исчезает, люди не поющие прекращают бытие, потому что нормальная жизнь предполагает песню. И если желаете выжить, то нужно учиться петь псалмы и песни духовные в церкви, а за пределами церкви – приличные застольные песни, постовые песни, многолетные песни, скорбные песни, песни военные, какие хочешь. Нужно петь, повторяю, потому что те, которые не поют, умирают. Песня – это признак жизни, а отсутствие песни – признак смерти. Ну, те песни, которые поются сейчас по радио – это тоже признак смерти. И вот эти пленители говорят: мы там, мол, слышали, что вы пели у себя, а ну-ка пропойте нам песни Сиона! А у них прилип язык к гортани, они не знают, как петь песнь Господню на земле чужой. Да будь ты проклята жизнь моя, и десница моя забудься, если я буду петь песню Сиона в земле изгнания. И они отказываются петь песни Божьи на земле пленения своего. И потом там говорится такое жесткое проклятие: «Дочь Вавилона окаянная, чтоб тебе было хуже, чем нам!» А если расшифровывать, там будет «блажен тот, кто возьмет детей твоих, младенцев твоих и разобьет их о камень». Вот такая песня сложилась у жителей Вавилона, у евреев, которые уходили в плен. Здесь вообще есть очень много тем, непосредственно касающихся нас.

Почему мы это поем, какая нам разница, что какие-то евреи там шли в плен и там страдали, не желая петь? Дело в том, что все мы в этом смысле евреи и все в плену, потому что мы выпали из рая, и наша душа вечно хочет счастья, и вечно встречает разочарование в жизни, именно потому, что душа хочет большего, чем встречает. Мы хотим очень многого, потому что мы очень многое потеряли, и встречающиеся в жизни иллюзии счастья – это всегда меньше, чем мы хотим. Поэтому человек в жизни всегда неудовлетворен мирским, в жизни такая бездна, что ее магнитофонами, сапогами и шубами не закидаешь, она будет бездной оставаться, она только Богом заполняется. И человек не удовлетворен жизнью тогда, когда он не имеет веры и общения с Богом. Это твердый признак несчастья, когда ты имеешь все, но не имеешь Бога – ты несчастный человек, ты будешь вечно недоволен. И это будет вечная история несчастного человека, потому что он хочет счастья, а без Бога его не бывает. Это трагедия современной цивилизации, поэтому мы, в принципе, в некотором плену, в идеологическом плену, в мысленном плену. Я прекрасно знаю, и вы это знаете о себе, что мы являемся обществом недовольных людей, ропщущих, ворчащих, бурчащих, скрипящих зубами, обижающихся, злопамятствующих, и это именно из-за того, что у нас цели сбиты, сердце хочет Бога, а мозги хотят чего-то другого, и мозги с сердцем спорят. Поэтому песня этих евреев вполне приложима к нашей жизни, мы в плену, нам хочется Бога, хочется этой песни Сиона, но пропеть мы ее не можем, потому что мы и мелодию ее уже забыли. Кроме того, над нами издеваются пленившие нас, те, кто держит нас в крепких объятиях своих идеологий, своих выстроенных банковских схем, они просто хохочут над нами, говорят: «Вы такие верующие? А ну-ка давайте, пойте нам ваши песни, мы послушаем!» А мы не умеем, мы забыли, мы охрипли, мы забыли мелодию, мы петь не умеем. Это картина издевательства над верующими людьми, которых пленили, это наша картина, это картина жизни верующего человека.

Там есть еще одна важная тема, а именно – евреи стали перед страшным вопросом. Когда одни народы побеждают другие, то они говорят: «Наши боги сильнее ваших, наши реки чище ваших, наши города и наши девушки красивее ваших!» И когда они говорят: «Мы сожгли ваш Иерусалим, мы взяли вас в плен, мы ослепили вашего царя, мы кастрировали ваших юношей, сделали их евнухами, мы разграбили ваши города и наши боги сильнее вашего Бога! Вы хвалились вашим Яхвой, который сотворил небо, землю и все, что в них, а вот наши боги сильнее вашего Бога, потому что мы вас победили! Наши боги нам помогли, а ваш Бог вам не помог». И евреи стали, может быть, впервые в истории, перед страшным вопросом: а как это так, а почему мы, имя настоящую веру, настоящего Бога, потерпели жуткое унижение и поражение? Неужели наш Бог бессилен нас спасти? А если он не бессильный, то почему нас не спасает? Это важнейший вопрос в жизни всех христианских народов, потому что битые были все: русские были битые, сербы были битые, болгары были битые, грузины были битые. Перед ними всеми стоял вопрос: наш Христос слабый? Мой Христос меня спасти не может? И все говорят – может! Так почему мы проиграли? Потому что мы согрешили. И все русские народы, начиная с несторовской летописи и разных других, все говорили, что «пришли поганые и унизили нас», и не только жен подвергли поруганию, но и с монашек сорвали черные одеяния и подвергли насилию, церкви превратили в хлевы и всех сделали позором для мира. Неужели наш Бог бессильный? Бог сильный, просто мы – плохие верующие. Это такая серьезная верующая историография.

Впервые такой вопрос был перед евреями, они уходили в плен, и нужно было понять в плену, что Яхве как был Богом, так Богом и остался, что Бог наш – это Бог всего мира, Он один, других богов нет, но если мы в таком наказании, значит, это для чего-то нужно. И сегодня совершается память всех наших страдальцев: патриарха Тихона, митрополита Вениамина и прочих иных. Это тоже были люди, которые жили в империи, сильной, православной, красивой, большой, и вдруг пришел внутренний враг и стал издеваться над всеми. Одного утопили в яме с помоями, другого повесили, третьего задушили, четвертому выкололи глаза, пятому что-то еще сделали. А почему так, а где Христос, а почему так случилось? И здесь мы все, дорогие христиане, должны стать перед вопросом: насколько мы виноваты в том позоре, который время от времени ложится на нашу землю, на нашу церковь, на наш народ, на нашу историю? Любые наши грехи так или иначе связаны с будущим позором, и все, что претерпевает сегодня человечество – корешки тянутся далеко в историю. И то, что будет завтра-послезавтра, завязывается корешками сегодня.

Протоиерей Андрей Ткачев 03.02.18