+СВЯТЫЕ СЛОВА+ SMS-РАССЫЛКА ПРАВОСЛАВНЫХ ЦИТАТ

"Наличие в мире дома - всех этих бесчисленных освещенных окон, за каждым из которых чем-то "дом" - меня всегда наполняет светлой радостью.

Я, как Мегре, почти хотел бы в каждый из них проникнуть, ощутить его единственность, качество его жизненного тепла. Всякий раз, что я вижу мужчину или женщину, идущих с покупками - значит, домой, я думаю - вот он или она идет домой, в свою настоящую жизнь. И мне делается хорошо, и они делаются мне какими-то близкими.

Больше всего меня занимает - что делают люди, когда они "ничего не делают", то есть именно живут. И мне кажется, что только тогда решается их судьба, только тогда их жизнь становится важной.

"Мещанское счастье": это выдумали, в это вложили презрение и осуждение активисты всех оттенков, то есть все те, кто, в сущности, лишен чувства глубины самой жизни, думающих, что она всецело распадается на дела.

Великие люди - де Голль, например, - на деле "маленькие" люди, и потому от них так мало остается, или, вернее, интерес, после их ухода, все больше и больше сосредотачивается на "маленьком" в них, на их жизни, а не на их делах, которые оказываются в значительной мере призрачными!

"Он не имел личной жизни", - говорим мы с похвалой. А на деле это глупо и грустно; и тот, кто не имел личной жизни, в конце концов никому не нужен, ибо людям друг от друга и друг в друге нужна жизнь. Бог дает нам Свою жизнь ("чтобы имели мы жизнь за жизнь" - Кавасила), а не идеи, доктрины и правила. И общение только в жизни, а не в делах.

Поэтому дом и не противоречит "tout est ailleurs", который противоречит почти всякой деятельности. Дома, когда все "сделано" (пришел с работы…), воцаряется сама жизнь, но она-то и открыта одна - "другому, другому, другому".

Христос был бездомен не потому, что презирал "мещанское счастье", - у Него было детство, семья, дом, а потому, что Он был "дома" всюду в мире, Его Отцом сотворенном как дом человека. Только "дому" (не государству, не деятельности и т.д.) можно, по Евангелию, сказать: "Мир дому сему".

Мы не имеем "зде пребывающего града", то есть не можем отождествить себя ни с чем в мире, потому что все ограничено и всякое отождествление становится - после Христа - идолопоклонством, но мы имеем дом - человеческий и дом Божий - Церковь.

И, конечно, самое глубокое переживание Церкви - это именно переживание ее как дома".

(Дневники, 14.12.1973)