Алексей Ильич Осипов

Вопрос: «Почему обязательно надо закончить семинарию, чтобы стать священником?»

Отвечает профессор Московской Духовной Академии Алексей Ильич Осипов:

– Да, вопрос, конечно... Почему надо учиться, чтобы летать на самолете? И зачем это надо? Садись за штурвал СУ-25 – и полетели! Как сказал Юрий Гагарин: «Поехали!»

Перед священником стоит гораздо более сложная задача, нежели просто самому стать знающим христианином. Священник должен – должен! – если он принимает сан, дать ответ каждому вопрощающему с кротостью и благоговением. С кротостью и благоговением – это, во-первых. Во-вторых, должен дать ответ! Вспомните, как Христос отвечал: «Кто из вас, у кого попросят хлеба, даст камень?» Избави Бог, если священник вместо хлеба человеку подаст камень!

Одно дело, когда я отвечаю за себя, но в сто раз ответственность больше, когда я должен отвечать за других. Представьте себе, если вы, действительно, садитесь за штурвал самолета и не знаете, как им управлять. Вы не только сами погибнете, но и сколько людей погубите! «Слепой слепого поведет – оба упадут в яму», – сказал Христос.

Недаром многие святые отказывались. Как, например, преподобный Сергий Радонежский: пошел с монахами к епископу с просьбой дать им священника, на что епископ ему и ответил: «Вот ты и будешь. Ты как раз и подходишь». «Нет, владыка, я вот привел тебе монахов…» А тот ему и сказал: «Говорят, что ты, Сергий, и подвизаешься, и хороший монах… А вот послушания-то у тебя никакого и нет!» И тогда Сергий упал в ноги и просил благословения. «Желание сана есть начало и корень властолюбия», – говорил преподобный Сергий. Некоторые, действительно, смотрят на священство, как на чин: «Вот теперь я – не фунт изюма, теперь будете целовать мою туфлю…» У него еще усы не растут, а уже у него – чада духовные! Просто комедия!

Да, предупреждение очень сильное: «Желание сана есть начало и корень властолюбия». Да, действительно, с каким осознанием нужно принимать этот сан! С каким пониманием и смирением надо подходить к этому! Почитайте епископа Игнатия и епископа Феофана: как они реагировали, когда к ним обращались, чтобы они стали духовными отцами. «Я готов у вас стать духовным чадом, но никак не могу вами руководить». Отказывались! Как боялись ответственности! Какой? Садимся за штурвал самолета… И куда полетим? Вот в чем дело.

Поэтому священник должен знать гораздо больше, чем нужно обычному человеку для спасения. Более того: он должен знать истинный путь – как спасаться, в чем сущность духовного пути – вне зависимости от того, каков он сам. В том смысле, что священник видит: сам он еще не соответствует этому пути, но хочет. Надо хотеть идти по этому пути! Он видит, что ничего не может, но говорит: не свое учение я предлагаю – избави Бог! – а вот так говорят святые отцы. Передавать учение отцов, но не свое! И, избави Бог, делиться своим духовным опытом – беда будет!

Своим духовным опытом… Я много раз бывал за границей, и иной раз не знал – хохотать мне или плакать, когда мальчишка перед участниками конференции вскакивал на трибуну и начинал делиться «своим духовным опытом»! На Западе – это запросто! Пожалуйста, делись. Какая-нибудь девица или юноша – делятся «своим духовным опытом»… И уж такую тарабарщину несет, что думаешь: не сумасшедший ли?

Почему я это говорю? Запомнить надо на всю жизнь: никогда не делитесь своим духовным опытом! Мы должны делиться опытом святых отцов! А для этого мы должны их изучать. И если действительно кто-то хочет знать духовный путь жизни – читайте Игнатия Брянчанинова. У него великолепно описан весь духовный путь жизни – со всеми опасностями, со всеми признаками, с объяснением, что такое «прелесть», что такое верный путь истины и каковы критерии.

Книги игумена Никона (Воробьева) тоже очень много дадут, потому что он – верный ученик святителя Игнатия Брянчанинова. И то, что у Игнатия Брянчанинова было написано на языке XIX века, у игумена Никона – на языке XX века, то есть на нашем языке. А игумен Никон – был образованнейший и талантливейший человек. Он великолепно знал философию, литературу, знал немецкий и французский языки – и выучил эти языки для того, чтобы читать философов в подлиннике. Когда он учился еще в реальном училище в Вышнем Волочке, к нему преподаватели училища обращались за справками по вопросам, касающимся истории философии.

И всё оставить и уйти в монашество! В 1930 году, когда всех поголовно… А он открыто принял монашество и через три года пошел на каторгу! Позже он говорил: «Я – первый комсомолец!» – «Как?!» – «А так! Мы начали строить Комсомольск-на-Амуре!» Так же и Игнатий Брянчанинов: всё оставил! От него отреклись все: и родители, и царь. Все отреклись!

Вот какие люди были! Поэтому мы должны изучать опыт этих людей, перед которыми можно только преклониться! Их опыт мы должны передавать, их опытом мы должны научать людей, чтобы не взять на себя греха: когда у меня попросят хлеба, а я дам камень. Да избавит Бог!