Богословские вопросы

В Троице только природная воля, одна и одинаковая для всех Трёх Лиц.
В людях природная воля, которой мы все пользуемся различно, не всегда естественно, стремясь не только к тому, что Богоугодно, но и к тому что противно божественной воле. И это - следствие грехопадения и греха.
Во Христе две воли и один предмет воления, то есть две воли всегда согласны. Человеческая воля Христа никогда не желает ничего противного воле божественной. Все её природные желания естественны.

То есть природная способность человеческой воли желать всегда употребляется Христом естественно, то есть не противно божественной воле.

Когда мы желаем угодное Богу, то мы, как и Христос, пользуемся своей волей естественно. Когда мы желаем противное Богу, то пользуемся своей природной волей своевольно и противоестественно, чего не было у Христа. Такое наше пользование природной волей, которое совещательное, колеблющееся, избирательное, которое не всегда согласно воле Бога, но часто бывает противно воле Бога - человеческая гномическая воля.

Раньше я не замечала, что Дамаскин, помимо того что говорит о природной воле, говорит и о естественной воле. И что говорит он это не как об одном и том же, не употребляя "естественная воля" как синоним "природная воля". Напротив! Он говорит о природной воле как о способности волить, а о естественной воле, как о реализации ипостасью этой способности. При этом естественная воля - аналог гномической, (избирательной, совещательной), но естественная воля - всегда согласна с волей Бога, а гномическая - часто противна воле Бога. Такое понимание у меня появилось сейчас из вчитывания в следующие слова Дамаскина:

*** (25) Итак, воление есть жизненное и разумное стремление – а если жизненное, то, конечно, и чувственное. Итак, Посему бессловесные стремятся чувственно, но неразумно и несвободно, а человек, будучи разумным существом, как живое существо стремится жизненно и чувственно, а как разумный – разумно и свободно.
Итак, естественное воление есть разумное и жизненное стремление, направленное лишь на естественные вещи.
Природные же желания суть, прежде всего, подчиняться закону Божию (ибо человек по природе раб и слуга Божий), а затем и составляющие природы, как голод, жажда, сон и тому подобное;
а ипостасное и избирательное воление – стремление пользующейся им ипостаси в соответствии с собственным удовольствием и по собственному выбору, а не по закону Божию, и способ употребления природного воления по выбору пользующейся ипостаси.
Посему раздельность ипостасей производит различие в выборе.
   (26) Но говорят, что человек не имеет естественной воли. И говорят, что есть только две воли – одна Божественная, благая, другая же злая, диавольская; и когда человек хочет добра, у него воля Божия, а когда зла – диавольская. Но не знают они, что невозможно какой бы то ни было природе производить какое-либо действие, способность которого она не получила по природе. Как, например, не может летать пернатое, не получившее по природе способность летать, так же сухопутное ходить, если не получило по природе соответствующей способности. Так и человек не может мыслить, если не получил мышление по природе, ни говорить, если не получил по природе способность речи, подобно и видеть, и хотеть, если естественным образом не получил волевой способности. Поэтому следует прежде по природе иметь способность хотеть, что и есть воление, и тогда уже хотеть. Потому у Господа нашего Иисуса Христа два природных воления, поскольку и две природы, чтобы Ему быть и Богом совершенным, и совершенным Человеком, не лишенным ни одного из свойств ни Божеских, ни человеческих; и два хотения и различное хотение согласно различию природ, Божественное и всемогущее (ибо Божественная воля всемогуща) и не всемогущее, но слабое и страстное (ибо человеческая воля страстна и слаба), и одно и другое природное желаемое. Ибо желания человечества не желательны также и для Божества – ведь человеческая природа естественно желает и стремится к пище, и питию, и сну и к тому подобному, но Божество к этому не стремится. Ибо само Оно не стремится к этому, хотя и хочет, чтобы человеческая природа стремилась к этому естественным образом, как нужно и когда нужно.
   (27) Итак, по природному различию две воли у Господа нашего Иисуса Христа не противоположны. Ибо не противна воле Божией естественная воля человека, ни природная волевая способность, ни естественые ее предметы, ни естественное употребление воления – ведь творец всего природного Божественная воля. И только противоестественное противно Божией воле, то есть стремление к греховным наслаждениям и по собственному выбору, то есть грех. Его Господь не воспринял: Он не сделал никакого греха и не было лести в устах Его (1 Петр. 2:22). А поскольку одна ипостась Христова, один Христос, единый волящий по обеим природам, как Бог благоволящий и как Человек повинующийся нашею волей Божественной Его и Отеческой воле. Ибо Он повиновался Богу не в отношении Божественной Своей воли – ведь Божественная воля не может ни повиноваться, ни ослушаться. «Ибо это свойственно подданным», – как говорит Григорий Богослов14, и образу раба, воспринятому от нас. Повиновался же Он естественным образом по человеческой Своей воле – ибо повиновение есть свободное и ненасильственное подчинение воли другой воле. Итак, Он желал и желает как Бог Божеское, и желал и желает человеческое как Человек, не из-за противоречия выбора, но вследствие особенности природ. Ибо Он желал и желает человеческое как Человек так, тогда и то, что благоволит Божественное Его воление, потому что человеческое Его воление добровольно подчиняется Его Божественному волению.
   (28) «Ибо воление и действие Божие», согласно блаженному Иринею, «есть творческая и промыслительная причина всякого времени, и места, и века и всякой природы», а человеческое воление – природная способность, стремящаяся к сущему по природе и объемлющая сущностно присущее природе, – ибо сущность стремится быть, и жить, и двигаться чувственно, и мыслить, добиваясь собственного полного природного осуществления. Ибо природа желает самой себя и своим стремлением направлена на все, что ее составляет в соответствии с той причиной бытия, по которой она существует и возникла. Поэтому другие, определяя эту природную волю, говорят: «естественная воля есть разумное и жизненное стремление»15, направленное лишь на естественное. Итак, «воление», согласно блаженному Клименту, «есть способность стремления к собственному сущему» и еще «стремление, соответствующее природе разумного», и еще «свободное движение самодержца ума»16. Ибо Бог, вначале сотворив человека, «сотворил его природою безгрешной и волением свободным», как говорит святитель Афанасий17. И природа безгрешная – вся тварь, разумная и неразумная, чувственная и неживая, но не вся тварь воление свободное. И Божественная природа есть безгрешное и свободное воление, но не изменяемое, а непревратное. Итак, Божественная природа волевая, и свободная, и безгрешная, и непревратная. Вся же тварь была создана Богом безгрешной – ибо все, что создал Бог, хорошо весьма (Быт. 1:31), но изменчивой. Ибо то, чье возникновение началось с превращения, по природе изменчиво – превращение же есть приведение из не сущего в бытие.

azbyka.ru/otechnik/Ioann_Damaskin/o-svojstvah-dvuh-prirod-vo-edinom-hriste-gospode-nashem-a-poputno-i-o-dvuh-voljah-i-dejstvijah-i-odnoj-ipostasi/#note16

И ещё тут надо, опять же, делать ясное и чёткое понимание (как в первом абзаце цитаты) что воление есть 1)жизненное и 2)разумное стремление – а если жизненное, то, конечно, и чувственное.

То есть, воление включает в себя и чувственное стремление неразумных тварей, а не только есть разумное воление.

*** человек, будучи разумным существом, как живое существо стремится жизненно и чувственно, а как разумный – разумно и свободно.
« Последнее редактирование: 29.07.2017, 14:41:04 от Ксана »
Записан
Евангельская Любовь не осуждает брата за отсутствие у