К Свету

  Разве вы не знаете, что наши тела – храмы Святого Духа, и тот, кто растлевает (разрушает) этот храм, того разрушает Бог, – говорит апостол Павел. Все другие грехи загрязняют и очерняют только душу. Но мерзкое беззаконие разврата загрязняет всего человека – душу и тело. Напрасна и ложна тогда всякая телесная краса. Безумны и слепы те, кто уничтожают небесный блеск этим кратким наслаждением и омерзительным вкушением. Если любовные дела совершаются для увеличения рода человеческого, как то по Божиему повелению заповедано Адаму, и происходят не без церковного чина, как повелевают священные законы отцов, то это не столь греховно.
   Любодеяние есть смертный грех, который побеждается очень легко. Нужно только совершенно избегать мест такого «опыта». А кто дерзает испробовать какое-то деяние плоти, – становится одержим совершенно и пропадает. Поэтому легче деве, чем вдове, сохранить целомудрие. Похоть плоти, о брат, есть необузданный конь, который, если наскачет на какие-то скалы, упадет и покалечится. А целомудрие – уздечка, которая создает ему помеху и сдерживает его. Кто не хочет свергнуться со скалы, должен держать уздечку крепко: он должен давать плоти есть столько, сколько ей достаточно, но не больше. Кто погряз в этой склонности, с трудом может обратиться к покаянию, как и поднять глаза к небу, но смотрит, как скотина, в землю, не содержа в себе ничего хоть сколько-нибудь словесного и разумного. Он как бы становится слепым и делает перед лицом Бога и людей столь неподобающие вещи, какие и перед своим слугой или малышом не дерзнул бы ни в коем случае делать.

   
Аскеза – мать освящения
   Апостол Павел говорит, что не наследуют Царствия Небесного те, кто находятся в этом грехе. Он есть очаг и огнь мучения. Его дрова – чревоугодие. Его пламя – безобразие. Пепел – нечистота. Дым и искры – позор и постыдность. А его итог – наказание и растление тела, уменьшение доблести и преступление закона. Поэтому Господь предостерегает, чтобы ты заранее соображал и вооружался заботливой мыслью против разврата. Как ты избегаешь очага, чтобы он тебя не обжег, так подобает тебе бежать от жара плоти и огня мучений. Не полагайся на свое целомудрие и воздержанность; ибо многие прежде праздновали победы, а позже были жалко разбиты. Как огонь размягчает железо и обращает его в исконную природу, так и пламя разврата размягчает «железных» людей, даже самых крепких.
   Избегай мест опасных, причин и всяких предлогов, если знаешь свою слабость. Не рассчитывай на себя; гораздо более доблестные люди, чем ты, были побеждены. Невозможно идти на мельницу и не молоть, или держать в руках решето и не трясти его. Когда ты смешиваешься с миром и с женщинами, тогда и можешь оскверниться. А если не смешивать огонь со льном, тогда он не загорится. Как от удара железом по камню загорается огонь, так и от слов женщины в ушах мужчины воспламеняется удовольствие блуда. Если ты не станешь с великой осторожностью беречься, чтобы избегать опасности, то ты быстро будешь побежден. Мало тех, кто не заплатили совершенно вскладчину, в юности или в старости, бесу блуда – на деле или хотя бы в уме и помышлении. Этот грех создают не только деяния, но и вожделения их. То есть не смотри на хорошенькие лица, не приближай руку к другой плоти, не наряжайся, не приукрашивай свое лицо, чтобы ты был желанен... Не пляши, не пой песен, не играй на бесовских инструментах. Все это тяжкие прегрешения, и ты должен их ненавидеть и знать, что они тебе вредят. Ты должен, как змей, избегать опьянения вином и безделия, ибо они очень раздувают блуд. Ты всегда должен работать, чтобы помыслы убегали, и особенно, когда происходит брань в твоей плоти. Выше всех трудов пусть будет чтение тех толкований, которые мы ниже написали для твоего вразумления. Следует держать их неусыпно как оружие и снаряжение в битве с плотью. Эта битва и тяжелее других, ибо ее организует враг, который воюет с тобой всегда. Поэтому опасность твоя велика. И мы написали серьезные предостережения и предложили самые сильные лекарства, дабы ты смог божественной благодатью и необоримой крепостью Божией победить своих врагов. А тем оружием, которое у тебя всегда пусть будет наготове, ты сможешь действовать не только во время битвы, но и во время успокоения, чтобы лучше приготовиться.
   Первое твое вразумление и врачебная помощь против разврата, по совету наших мудрых учителей, постоянное соблюдение и охранение всех чувств, и более всего зрения, потому что наши глаза – это гавань и порт, через которые все суетное ввозится в нашу душу. Они суть ворота, через них входит смертельный яд наслаждений, марающей нашу душу. Он делает низким наше желание и сходит вниз. Когда происходит «снисходительность», то есть ты решаешь совершить порочное, – это почти то же, что ты его сделал. Из видения (по-гречески «оран») рождается рачение, страстная любовь (по-гречески «эран»), а из рачения рождается «снисхождение» (уступка), а снисхождение завершается деянием.
   То есть когда ты видишь что-то доброе и прекрасное, ты его желаешь, и таким образом принимаешь решение в своем уме вкусить, а если ты находишь подходящий момент, то совершаешь окончательно и деяние греха. Но если ты этого не увидел, то отсутствует и все остальное. Итак, не смотри никогда на то, что тебе наносит вред, вспоминая, сколь великое зло претерпели праотцы из-за того, что посмотрели на запретное дерево в раю. По этой причине на смерть были осуждены не только они, но и мы, все их потомки.
   Если бы Давид не увидел Вирсавию, он бы не совершил блуд с убийством. Око сделало глупым мудрого Соломона, и он совершил великое безчестие. И многие другие добродетельные и дивные мужи, до Закона и после, из-за того, что увидели прекрасный облик женщин, претерпели греховное падение. И если таковые люди жалко пали из-за того, что не остерегались и не были внимательны, то кто из нас, безсильных, получит искупление, если не будет твердо беречься? Не смотри никогда женщине в лицо, дабы тебе не пришлось дерзостно и жалко оказаться с ней наедине. И не оценивай красоту ее, но скорее думай о тлении плоти, которое происходит после смерти. Такая мысль подтверждает Господнее слово: Если око твое соблазняет тебя, вырви его,- то есть не смотри на то, что тебе приносит вред, но отстань от душетленного зрелища. Так ты сделаешь здоровыми свои глаза, а, значит, излечишь болезнь похоти и дурного стремления.
   Второе чувство – слух. Укрепи уши, чтобы не слышать песни сирен – то есть непотребные и развратные реплики, такую же музыку и многое подобное, ибо все это возжигает плотское пламя, особенно песенки и танцы.
   Третье чувство – обоняние. Не пользуйся духами, ароматами, венками из роз и такими вещами, которые издают благоухание. На этом я и не останавливаюсь, чтобы не было соблазна, тем более, что этими вещами часто пользуются не мужчины, а женщины, причем не знатные, но безчестные и глупые.
   Четвертое – осязание, которого подобает остерегаться с особенной строгостью, потому что невозможно, вступив в соприкосновение, не завершить это делом, если позволяет место. Мудрый блаженный Иероним пишет другу клирику следующее: «Непотиан, друг мой, будь внимателен точно при посещении девы или вдовы, когда несешь послушание, чтобы не входить никогда одному в ее дом, но всегда иметь кого-то в сопровождении, дабы самому остеречься. И не принимай письма и дары от этих персон и ничего им совершенно не посылай, ибо сие – дрова, которые занимают пламень плотский». Видишь, что и доблестным мужам подобает настоятельно быть внимательными?
   В войнах людей между собой побеждает тот, кто не поворачивается спиной к врагу, а показывает дерзость и безстрашие, сражается мужественно и тогда побеждает силой. А в духовной войне против плоти наоборот: кто боится и бежит, тот побеждает; и если кто уповает на свое мужество в схватке с врагом, бывает жалко побежден, как безсильный. Во всех других грехах вольно сражаться с врагом и победить его. Например, ты можешь иметь много денег – и победить сребролюбие. Ты можешь появляться в благообразной одежде, иметь честь и славу от мира – и не превозноситься. Видеть на столе прекрасную еду – и победить чревоугодие. Но как ты, если ты сидишь вместе с женщиной, охранишь целомудрие? Это невозможно. Как превышает нашу природу то, если проглотить горящий уголь и не обжечься, так и здесь невозможно сидеть в одной комнате с женщиной, беседовать с ней – и не быть обласканным огнем сладострастия. Избегай иметь дело с женщинами, потому что ты не крепче Самсона, Геракла, Олоферна и Ахилла, которые победили и убивали тысячами людей, а потом их победили женщины и жалко умертвили. Если Иоанн Предтеча, освященный от чрева матери, которого в целом свете не был святее, удалился в пустыню, чтобы избежать всякого рода соблазнов, как ты. предназначаешь для себя стоять в мире и не быть побежденным? Ты заблуждаешься, как и те, которые говорят, что большая заслуга увидеть прекрасный плод и воздержаться, чем тот плод никогда не видеть. Такое испытание допустимо для остальных прегрешений, как мы сказали выше, но в отношении плотских те, кто такое говорят, изрекают ложное. Часто люди слепо блуждают, особенно некоторые монахи и духовники (от которых быстро рождается такая болтовня), которые содержат в монастырях женщин, их обслуживающих, за что будут страшно испытаны в час Суда, ибо если и сами они не совершали грех (что очень трудно – держать пламя и не обжечься), то видящие соблазнялись и их осуждали.
   Отсюда следует, чтобы каждый тщательно оберегался, да не будет он соблазном ближнему. Правильно говорит закон – монах должен иметь служанкой только мать или сестру. Я не пишу больше об этом правиле, чтобы вы меня не осудили, как осуждающего священников,– но сами посмотрели, как многие соскользнули в ту пропасть и уклонились с пути, став предметом насмешек и пересудов. Хотя они и стремились к воздержанию вначале, но у них не получилось. Да не дерзнет никто из чина монашеского, и особенно священник, держать женщину в монастыре под каким бы то ни было предлогом. А если он клирик в женском монастыре, то, совершив литургию или какую-то другую службу духовную, пусть пойдет в свою келлию без долгих разговоров и ничего там не ест и не пьет, ибо как недопустимо, чтобы женщина ела в мужском монастыре, подобным образом – и мужчина в женском.
   Пятое и последнее чувство – это вкус. Его надо беречь более других ради Господа. То есть не ешь и не пей много, ибо ничто другое не умножает так и не увеличивает брань плоти, как чревоугодие и пьянство. И напротив, пост и воздержанность являются лекарствами, врачующими и полезными против этой дикой страсти. Так что не обласкивай плоть, не давай ей ничего сладострастного, если желаешь, чтобы она тебе подчинялась. Как мясо, когда оно с солью, или с уксусом, или смирной, горькими и острыми вещами, тогда долго хранится свежим, а если ничего не кладут, то быстро гниет и портится, – так и наша плоть: когда мы ей угождаем наслаждениями, она наполняется грехом и портится, а благодаря жестоким лишениям и ограничениям остается во всякой добродетели и сохраняется в целомудрии.
   Сдерживайся, сколько возможно, истязуя свою плоть и вспоминая желчь и уксус, которыми напоили на Кресте нашего Владыку, великую воздержность отцов в пустыне, где они не ели и подогретого, но все сырое. Особенно великий Павел терзал свою плоть, как он говорит: Притесняю мое тело и порабощаю. Если они так мучили свою плоть, чтобы победить в этой войне, то сколь более подобает делать так нам, хилым и немощным? Итак, умертви и ты плоть воздержанием от сладостной пищи, не носи мягкой одежды, не спи на благообразных кроватях, но наставляй плоть бодрствованием, сном на земле и тому подобным, чтобы подчинить ее духу. Будет странно и удивительно, если ты окажешься искупленным от вечной смерти, имея всякое телесное отдохновение, вкушая и пия в волю, потому что чем меньше останется дров, тем быстрее гаснет пламя. Вынь дрова, чтобы погасить тот очаг. Оставь вино и различную пищу, чтобы исчез соблазн. Кто ласкает раба и дает ему отборную и благообразную пищу, тот его расстраивает и растлевает окончательно. Кто дает плоти удовольствие и отдых, тот укрепляет своего врага и дает ему смертоносное оружие.
   Великий Иоанн Златоуст и другие учителя говорят, что тот, кто ухаживает за собственным чревом и одновременно хочет победить дух разврата, подобен тому, кто тушит огонь горючим. То есть кто желает не развратничать, но при этом ест и пьет, – все равно, что льет масло, чтобы погасить огонь в печи. И правильно говорят, что когда кто-то сыт, им овладевает именно плотская брань, а без воздержанности в пище ему не удастся сохранить целомудрие и другую добродетель. Потому преподобные ведут такой жестокий образ жизни, чтобы сделать кротким разъяренное море плоти – и все, кто с горячим желанием делали так, легко получали остальное.
   Второе оружие против плоти – быстрое нападение на злые помыслы и нечистые пожелания, тотчас, как они приходят в твой ум соблазнить плоть. Примени здесь большое усердие, чтобы ум совсем не занимали развратные помыслы, но думай о чем-то духовном, что даст тебе умиление, раскаяние и благоговение. Ибо чем больше пройдет времени, тем больше помыслов пустят корни, и тогда будет трудно их изгнать. Легче погасить костер, когда он только занимается, чем когда пройдет. некоторое время, и он охватит весь лес. С малым трудом ты вырвешь только что проросшее деревце, а не когда оно твердо укоренится. Лучше противостоять врагу на пороге, где тесно, чем позволить ему войти внутрь, дабы захватить твой дом.
   Помысел разврата тонок, как росток травинки, и если мы противостанем ему изначально, когда этот бес метит в наше сердце, тогда мы легко его уничтожим. Но если мы примем его с удовольствием и услаждением, остановимся на нем, то он станет сильным как железо, и нам нужно будет затратить много труда, чтобы его победить.
   Если как раз от беззаботности и уныния случится, что позорный помысел затвердеет в твоем сердце, и ты окажешься в опасности и можешь пасть, беги быстро к молитве и призывай велегласно Господа, проси помощи себе, как это делают моряки, окруженные внезапной и тяжкой бурей. Молись от всего своего сердца, дабы тебя Бог не оставил, чтобы ты не захлебнулся в этом мысленном водовороте, и читай псалмы из Божественного Писания. Боже, в помощь мою вонми; Боже, в помощь мою потщися не предай мысленным зверям душу исповедующуюся Тебе (прославляющую Тебя); Не введи нас во искушение, – и другое подобное; и изучай в уме Страсти Господа, которые Он претерпел. Так ты умертвишь грех, который тебя подвигает сделать человекоубийца диавол. Призывай Приснодеву и Владычицу нашу Богородицу и других святых, чтобы они тебе помогли победить в той войне. А если твой духовный отец или другой доблестный человек находится поблизости, беги и скажи ему, чтобы он дал тебе какую-нибудь помощь. И не будь в беззаботности – именно в ней вся опасность. Потому что даже когда ты не развратничаешь на деле, но только принимаешь нечистый помысел с наслаждением, то чувствуешь одинаковое удовольствие, и оно засчитывается за разврат и судится по правилам строго.
   Подумай о многих наказаниях, которые послал Вседержитель Бог в мир из-за этого греха. Он сжег пять крепостей Содома. Снес до основания страну Сихем. Истребил все племя Вениамина. Умертвил Онана. Дал Давиду великое наказание. Убил двух старейшин, которые оклеветали Сусанну. Но что я говорю о каждом по отдельности? По причине этого мерзкого греха Бог послал страшный Потоп, и потонул весь мир. Говоря просто, Господь посылал все великие наказания именно из-за греха разврата. И подобает дрожать тем, которые находятся в таком грехе, да не потерпят они подобного.
   Знай точно, что когда ты желаешь быть в мерзости плоти, чтобы утолить желание, думая, что насыщаешься, – ты заблуждаешься, ибо грех ненасытен. Когда ты привыкаешь к этой наклонности, тогда страсть и соблазн плоти возжигают тебя еще сильнее. Твоя сила уменьшается, а искушения возрастают по числу, – так возникает привычка, которую ты не можешь уже оставить. Поэтому если ты не будешь противостоять привычке, то возникнет необходимость в совершении греха. Так что начни сражаться с самого начала и с помощью Господа легко будешь освобожден (буквально «искуплен»). Чем тверже ты противостоишь греху, применяя мужество и силу, тем быстрее соблазн исчезает и уничижается, а ты остаешься ликовать, что победил диавола. Святые Ангелы приходят тебе служить, как и Господу, когда Он победил искушавшего. Но если ты будешь побежден по легкомыслию, то знай, что удовольствие от греха проходит со скоростью молнии, а горечь осознания и смятение, которые остаются в душе, начнут теснить тебя с большим мучением, чем ты думал в час соблазна.
   Ты не отваживаешься грешить перед лицом другого человека из-за возможного позора от мерзкого дела. Но как ты не стыдишься, невежда, стража твоей души, который стоит рядом постоянно и охраняет тебя? Но что я говорю о Ангеле Хранителе! Сам Владыка, Бог неописуемый находится в каждом месте. И ты отваживаешься, безсовестнейший, совершаешь мерзкое дело перед лицем своего Создателя и Спасителя, Который столько претерпел, чтобы искупить тебя от этого греха, марающего душу, тело, все твои члены, ставшие членами Христовыми в Божественном Крещении?! От истинного подобия Ангелам, когда ты целомудренен и благоразумен, ты делаешь себя сходным со скотами и безсловесными тварями.
   Если тебя кто-нибудь только назовет «скотом», ты считаешь это оскорблением и руганью. Но почему же ты добровольно становишься, невежда, свиньей, что вся в мерзкой грязи, в которой она обычно валяется? Посмотри, благообразна ли свинья, благоухает ли она? Ты отвращаешь в другую сторону очи, чтобы ее не видеть, и затыкаешь нос от вони, ты не позволяешь, чтобы она приблизилась даже к краю твоей одежды. Но почему же ты не мерзок сам себе, трижды несчастный, когда твоя душа еще более замарана, чем тело у свиньи? Свинью можно вымыть в корыте, а осквернение души очистит только одна вода: драгоценная вода слез покаяния.
   Когда к тебе придет соблазн плоти, то посмейся над своим стремлением. Скажи, что вскоре ты исполнишь свое желание, а когда пройдет время, то считай, что ты совершил грех, исполнил свою похоть, и прошла та проклятая сладость, – и подумай, что ты приобрел и особенного получил? Если бы ты даже совершил все на деле, то никакого наслаждения и вкуса у тебя бы не осталось. Вкушение прошло бы моментально и исчезло как тень или как сон прошедшей ночи. С тобой бы осталась только нужда оплакивать свое беззаконие, стыд на исповеди, труд и тягостная необходимость исполнить данное духовником правило, обличение совести, давящей на тебя непрестанно, и – самое худшее – осуждение на вечные муки: будешь ты гореть нескончаемо в том неугасимом огне если не оплачешь и не возненавидишь грех! О, твоя порочность, лукавый! До какой безчувственности и безрассудства ты доводишь бедного человека, что за один миг отравленного лукавством вкушения греха он приемлет кары и нескончаемое мучение? Открой свои очи, грешник, разорви повязку, которую диавол положил на глаза, и не обращай внимания на его сети – тогда и не испытаешь вреда.
   Седьмое вразумление пусть будет памятью о смерти. Нет другого помысла столь достаточного для прекращения жжения плоти. Тогда ты будешь осмысливать мерзость и безобразие блуда. Рассмотри, каким будет после смерти то лицо, которое предстает теперь столь прекрасным и милым: очи западут, уста будут черными и истощенными, цвет лица бледным, голова неподвижной. Говоря просто, то будет безобразный облик и страшное зрелище. Подумай прежде, чем к тебе придет помысел блуда. И полагай, что видишь в могиле эту разлагающуюся плоть, к которой стремишься. От дрожи, я думаю, ты победишь грех. Так делал. один добродетельный подвижник, искушаемый злым помыслом и воспоминанием о какой-то очень красивой женщине, которую он знал в мире. Однажды его пришел навестить друг. Друг сказал ему, что названная женщина скончалась. Тогда подвижник пошел к ней ночью на могилу, положил плат на зловонные и разлагающиеся останки женщины и, взяв его, – вернулся в свою келлию. И с того часа, когда в его плоти была малая брань, он клал на лицо этот плат с гнилью и говорил себе так: «Насыться теперь, развратник, зловонием, к которому ты стремился». Таким способом, с Божией помощью, он стал свободен от искушения.
   И не только умершее тело, но и живое, если исследуешь тщательно то, что в нем под кожей, так же низменно. Едва ли не одинаково. Воистину, если бы ты увидел то, что скрыто внутри, ты бы признал, что привлекающая тебя красота есть ни что иное, как раскрашенная гробница, полная мерзости. То, что снаружи кажется благовидным, внутри полно нечистотой. Если ты увидишь соплю, слюну или какую-нибудь другую нечистоту на одежде, то смущаешься и краем пальцев сбрасываешь ее. Но почему ты столь безчувственен, что стремишься к сосуду, полному подобной омерзительной грязи? Да, вправду, если мы тщательно исследуем свое тело, то оно есть ни что иное, как мешок грязи, пузырь зловония, горшок, полный всяких отбросов и нечистот.
   Если же случится, что соблазн будет так жечь твою плоть, что всех сказанных лекарств будет недостаточно, чтобы тебе помочь, то пусть найдется грубейший отвар и жгучая микстура. Им многие побеждали этот дикий и неукротимый пламень. Представь в уме, что видишь ров, полный огня и бушующего пламени, и бесы тебя бросят туда, как только ты совершишь грех. Всякая скорбь и затруднение побеждаются страхом более сильного мучения. И если страха от умственно понимаемого огня недостаточно, чтобы укротить соблазн плоти, испытай все на деле в настоящем пламени, которое временно, ибо так поступали некоторые святые.