Чудотворный Пояс Пресвятой Богородицы в Зачатьевском монастыре Москвы Подать записку на Молебен перед святым чудотворным Поясом Богородицы за себя, родных и близких. Отправить записки

Адрес электронной почты
Пароль
Я забыл свой пароль!
Входя при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами
Имя
Адрес электронной почты
Пароль
Регистрируясь при помощи этих кнопок, вы подтверждаете согласие с правилами
Сообщество

Изречения Святых Отцев, высказывания и цитаты священников, монахов, старцев, цитаты из Священного Писания

Профессор Алексей Осипов - Почему именно Православие – истинная вера?

Почему именно Православие – истинная вера?

Одна из тех реальностей, которая нам наиболее близка такова, что мы оказались сейчас в море религиозного плюрализма. Когда-то Петр пробил окно в Европу – это было всего окно. Теперь, – всем известно – кто, – разрушил стену. Теперь просто дом открыт, теперь прошеные и непрошеные гости, заезжие и залётные, наполняют нашу землю.

Правосла́вие (калька с греч. ὀρθοδοξία — буквально «правильное славление (прославление)», исторически, по смыслу — «правильное мнение») — одно из трёх главных направлений в христианстве (наряду с католицизмом и протестантизмом), сложившееся в первом тысячелетии от Рождества Христова на территории Восточной Римской империи (Византии). Занимает третье место по численности (225 млн человек) среди христианских направлений после католицизма (1, 25 млрд) и протестантизма (800 млн). После разделения Церквей (1054 год), ставшего итогом длительного процесса отчуждения между Церковью на Западе и Церковью на Востоке Римской империи, вследствие богословских споров и стремления римских епископов (пап) подчинить себе Восточные церкви, первое по чести место среди Православных церквей принадлежит кафедре епископа Константинополя — Нового Рима (согласно правилам Вселенских соборов, до раскола первенство чести принадлежало Римской кафедре).

Православие, по смыслу слова рассматривающее себя — в отличие от ересей — как исповедание истинной апостольской веры, запечатлённой в Священном Писании и Священном Предании, есть вероучение Православной церкви, под которой понимается сообщество административно независимых друг от друга автокефальных поместных Церквей, имеющих между собой евхаристическое общени.

Православная церковь исповедует Никео-Цареградский Символ веры (без филиокве) и признаёт постановления семи Вселенских соборов, рассматривает себя как единственную, кафолическую церковь, основатель и глава которой — Иисус Христос.

Почему именно Православие – истинная вера?

Есть Два метода изучения религий - сравнительный и исследовательский.

Сравнительный метод страдает вот этим изъяном: он требует очень тщательного, хорошего изучения, хороших познаний, прежде чем человек сможет сам не поверить кому-то, каким-то профессорам и прочее, а убедиться: да, здесь я вижу – ошибаются, заблуждаются.

Есть другой вариант, другой путь, который однозначно говорит о том, что католицизм – это действительно религия заблуждения. Неправ католицизм, ведёт человека не туда. Этот метод – исследование, изучение католической духовности и её сопоставление с православной духовностью. Здесь со всей яркостью, подчас убийственной, обнаруживается всё безумие, выражаясь аскетическим языком, вся прЕлестность (не прелЕстность) католической духовности, которая чревата колоссальными повреждениями для человека, вставшего на этот путь жизни.

Я часто читаю общественные лекции, и туда приходят разные люди: ну, кто придёт – тот придёт. И там иногда задают вопрос: чем отличается католичество, как узнать, что оно неверно? И я убеждался, что достаточно привести несколько высказываний католических мистиков, несколько фактов, то сразу говорят: спасибо, нам всё ясно.

Действительно: по святым оценивается Церковь. Скажите мне – кто ваши святые, и я скажу вам – кто ваша Церковь. Святые – это идеал, это норма жизни, на которую мы должны ориентироваться. Это не чин и не звание, а норма жизни. Это те люди, которые осуществили и показали, что разумеется под святостью в данной Церкви.

Буду краток: здесь факты вопиющие, мы можем показать их. Возьмите, например, книжонку: «Откровения блаженной Анжелы». Есть ли в библиотеке? А то надо – стоит просветить учащихся. Возьмите эту книжонку: что там творится с этой блаженной Анжелой! До каких вещей она доходит, какие диалоги ведёт с Христом и со Святым Духом! В какой любви ей объясняются эти Лица Святой Троицы! «Любим мы и апостолов, и всех, но никого не любим, как тебя! Были и в апостолах, и во всех, но не так, как в тебе».

И видит она себя во мраке Святой Троицы, в самой середине. Чего там только нет: то она видит себя припавшей к ребру Христову и пьющей кровь Его; когда отходит Христос, она начинает вопить и кричать, её другие монахини хватают за руки, за ноги, уносят из костёла – срам! Монахиня – а вопит: «Куда Ты ушёл, Христе, когда я ещё не насладилась с Тобой!» Ужасы какие!

У Алексея Федоровича Лосева есть блестящая страница, где он подводит итог своего изучения – собственно, он специально не изучал, – даёт свой итоговый взгляд на католическую мистику. Замечательные, сильные строки, где он противопоставляет строгую московско-византийскую духовность католической сладостности, выражусь современным языком, сексуальности.

Возьмите только эту великую Терезу – что там происходит. Есть интересная книжка Дмитрия Мережковского «Испанские мистики», я бы советовал вам посмотреть, там есть много чепухи, конечно, но что же делать. А многие факты, которые он там сообщает из жизни католических святых, они просто поразительны. Когда Христос является к Терезе и говорит, после многих явлений: «До этого Я был Бог твой, отныне Я и супруг твой». А Тереза закатывает глаза и падает в обморок от восторга.

Знаете ли, это какой-то кошмар и мороз по коже, когда она восклицает: «О, Бог мой, супруг мой!» – что это такое? Когда она о Христе говорит: «возлюбленный», зовёт пронзительным свистом, что не услышать этого невозможно, и «душа моя изнемогает от желания», – не знаешь, куда и деваться. Когда она, игуменья Тереза любит петь и плясать с кастаньетами – я обращаюсь к нашему игумену: вы почему отстаёте, в конце концов?

Этих фактов множество. Эта великая Тереза Папой Павлом VI возведена в достоинство Учителя Церкви. Учитель Церкви – это высшая ступень канонизации в Католической Церкви. То есть она равна Василию Великому, Иоанну Златоусту, Григорию Богослову – тем, кого мы называем великими.

Такая же Катарина Сиенская, ей 20 лет, она чувствует, что с ней должно что-то произойти, ходит по садовой дорожке, часами разговаривает с Иисусом, который объясняет и толкует ей Псалтирь и прочие вещи. Что бы мы сделали с этой бедной девушкой, которая одна ходит и часами разговаривает с Иисусом? Которая непрестанно творит молитву… Вы, небось, думаете, молитву Иисусову? – Отсталые люди! Есть, оказывается, молитва получше, учитесь у великой Катарины – тоже Учитель Церкви, тоже возведённая Павлом VI в это достоинство: «Соединись со мною браком в вере». Больше ничего не нужно.

Когда посмотришь на вот этих святых – чем они живут, – то сразу поймёшь, с какой религией мы соприкасаемся. Папа Иоанн Павел II возвёл в достоинство Учителя Церкви Терезу Маленькую. Француженку, потому что, когда он был в Париже в предыдущем году, молодёжь кричала: «Терезу, Терезу!» Всё, в следующем году он возводит её в Учители Церкви. Кого? – От роду 22 года прожила. Чем занималась? – Украшала цветочками младенца Иисуса, и она его любила больше всех на свете – этим она прославилась. А уж какие перлы есть в её книге: является ей Иисус-младенец: «Мы посмотрели с Ним друг на друга и всё поняли».

Вы подумайте, как прав был тот помещик, о котором пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), который увидел в руках своей дочери книжку «Подражание Христу» Фомы Кемпийского, вырвал у неё из рук и сказал: «Прекрати играть с Богом романы!» Неосуществлённые природные склонности суррогатом могут проявлять себя, боком выходить. Вот это выхождение боком и проявляется там.

Католическая мистика – это громадная тема, тут можно говорить много и долго. Когда мы соприкоснёмся с католической духовностью и с православной, то нужно быть или человеком, ничего не понимающим или не желающим видеть, чтобы не отшатнуться в ужасе от этой католической мистики.

Я иногда лезу на рожон – такое свойство натуры, – я пытался на русско-католических диалогах иногда проделывать такие штуки. В Минске 2 года тому назад я специально в свой доклад вставил резкую цитату из святителя Игнатия (Брянчанинова), где он называет этих католических святых сумасшедшими, ни больше ни меньше. Делегацию возглавлял кардинал, всё, как положено, – епископы, богословы. Я думал, сейчас возбудятся и набросятся на меня, а мне только этого и нужно. И что думаете? Я был поражён: о чём только ни спорили – уходят от этого вопроса.

И я понял – они погрешают против истины. Видя ложь этого, не могут на это ответить, понимают, что это прелесть, и уходят от этого. А это уже беда, это сознательный шаг, не просто заблуждение, каждый из нас может ошибаться. Это то, что касается католицизма.

С протестантизмом, мне кажется, ещё проще, тут достаточно догматики, не переходя к мистике. Достаточно одного утверждения, одной мысли, чтобы сразу увидеть, что такое протестантизм: «верующему грех не вменяется в грех». Я всегда кричу: всё, перехожу в протестантизм. Какая красота! Человек спасается только верой. Когда им говоришь: ну, простите: и бесы же веруют и трепещут, пишет ведь апостол об этом. Что же вы говорите?

Тут вопрос, который они перепутали. Они десятый этаж назвали первым или наоборот. Зашли в первый и кричат: мы уже на десятом, а на самом деле еще на бренной земле. Они забыли, какая вера спасает человека. Не вера в то, что Христос две тысячи лет назад пришёл и всё сделал за нас, и теперь, если я верую, то грех мне автоматически не вменяется. Перепутали.

Православие заявляет решительно: да, спасает человека вера, но какая? Не вера умовая, как говорит святитель Феофан, не вера в то, что что-то было или есть, или будет, а это то состояние человека, которое приобретается правильной, – я подчёркиваю, – христианской жизнью, благодаря которой человек убеждается, что ни одну страсть он не может искоренить в себе сам. С Богом можно, сам – не может.

Основополагающая христианская истина – синергия. Не идея предопределения, когда Бог всё творит, – что хочет, то и делает. Не пелагианство человеческое, когда я могу всё делать. Синергия: нормальное человеческое состояние – это со-божество, богочеловечество – вот нормальное состояние. С Богом я побеждаю, без Бога – ничего не могу сделать.

Вот когда человек эту истину увидит, тогда и начинается у него спасительная вера. Только когда я тону – мне нужен Спаситель, а когда я на берегу – мне никого не надо. Православная – правильная христианская – жизнь обнаруживает, показывает человеку те болезни, которые в каждом из нас присутствуют. Показывает, что сам он, без Бога, не может их исцелить. Видя себя тонущим, он обращается ко Христу. Христос приходит, помогает ему – вот откуда начинается живая спасительная вера. Так для человека начинается христианство уже, а не просто религия, не просто вера в Бога.

Я вам сказал всё, больше ничего не знаю. Спасибо.

Вопросы аудитории:

– Правильно ли я понял, что нужно читать святителя Игнатия (Брянчанинова), чтобы так правильно, по-православному, думать?

– Замечательный вопрос, я радуюсь, что здесь такая атмосфера. Мой духовный отец, игумен Никон (Воробьёв), надписал мне первый том в свое время: «Сейчас, в наше время, когда оскудели такие духовные наставники, которые видели душу человека и могли без слов сказать то, что нужно человеку, нет лучшего духовного руководителя, чем творения святителя Игнатия (Брянчанинова). Он переложил древних отцов применительно (как важно!) для нашего времени, для нашего состояния, для нашего понимания. Поэтому его сочинениями руководствуйся, их изучай». Вот, что он написал мне.

Спасибо за этот вопрос, я действительно считаю, что святитель Игнатий – бесценное сокровище для нашего времени. Спасибо вам за издание его, жду, когда письма выйдут.

– Католическая духовность и православная: Вы говорили про этот метод сравнения, но ведь и у православных, у святителя Димитрия Ростовского, тоже есть всякие перегибы, апокрифы просто… Или цензуру какую-то нужно вводить?

– Правильный вопрос, очень верный. Относительно житий Димитрия Ростовского: не секрет, – и вы будете учиться, и узнаете более подробно, – что святитель Димитрий, к сожалению, брал католические материалы и без достаточной цензуры, некритически их использовал.

Эпоха Димитрия Ростовского – это была эпоха засилья католического. Киево-Могилянская академия – начало XVII века, Московская духовная академия – конец XVII века – посмотрите, что там было. Вы даже не представляете, под каким сильнейшим влиянием – католическим, а затем и протестантским, – развивалась вся наша богословская мысль, наши духовные заведения. Почему они носят такой схоластический характер? Школы должны быть все в монастыре, сквозь монастырь пройти, чтобы хоть немного познакомиться с духовной жизнью, а не заниматься только этой внешней, умовой деятельностью, умовой практикой.

Поэтому, действительно, Димитрий Ростовский некритически использовал католические материалы, но если бы католики сейчас на это указали, то я бы ответил, что мы от этих вещей сейчас открещиваемся, а вы открещиваетесь от того, что делала Тереза или нет? А я – нет, не принимаю. Если говорят, что Матронушка сказала, что причастие надо выплюнуть, чтобы бес вышел, – я думаю, что каждый скажет: извините, нет, – это или фальшь, или ей приписали, или с ней что-то не так, если не приписали. Вот так мы скажем. Для нас истина дороже всего, а там нет.

Относительно этого отец Серафим (Роуз) хорошо писал, что все, к сожалению, католические источники житийные, агиографические оказались крайне повреждёнными и испорченными, которые после XI столетия. Мы скажем: и у нас есть сумасшедшие, которые мнят себя и Святой Троицей, но мы их называем сумасшедшими, а вы – Учителем Церкви. Вот в чём разница между нами и ими.

– Есть много религий, Вы сказали, что главное отличие христианства – это понятие о грехе…

– Речь идёт, конечно же, о первородном грехе, да.

– А вот в буддизме восьмеричный путь, очищение – у них основное остаётся? Ты здоров – только очистись?..

– Да, у них такие иллюзии присутствуют, их надо отбросить. В веданте, этой основной ортодоксальной системе вишнуизма, когда ученик достигает уже достаточной меры духовного развития, приходит к нему учитель и говорит: ты – брахман. Тот слушает, несколько лет потом ходит, возвращается к учителю: да, я – брахман. Правда, здорово? Чувствуете, какой корень лежит там? – Будете, как боги. Вот куда ведёт путь буддистского, индуистского аскетизма: к культу своего Я, культу гордыни.

А если бы вы почитали строки, как Будда о самом себе пишет: учитесь у меня, у меня не было учителя, я сам себе учитель, я сам всего достиг, я сам всё понял, я – он. Достаточно одной такой фразы, чтобы мы с вами могли сказать бесстрастно, без всякого осуждения о его духовном состоянии.

– Вы согласны с утверждением, что в русском человеке, в русском народе генетически заложена православная вера?

– Тут надо расшифровывать, что значит «генетически заложено». Я бы иначе выразился: русский человек по своей природе наиболее соответствует усвоению православной веры. Каждый народ подобен своей породе цветов, например, животных, птиц, чего угодно. Каждый народ обладает своей спецификой, своей особенностью. У русского народа, даже шире – у славян – природа, наиболее соответствующая глубокому восприятию христианства.

Христос рождается среди еврейского народа. Кто Он, Христос? – Спаситель. Если перевести на медицинский язык – величайший Врач. А куда приходит величайший Врач? Когда кто обрезал пальчик – он пососёт и выплюнет. Когда голова очень болит – он пойдёт к медсестре, таблетку взять. Когда аппендикс воспалился – нужно к хирургу идти, операция простая. Когда с сердцем что-то: ой, нужен консилиум. Чем сложнее болезнь, тем более высокого уровня знаний, специализации, опыта требуется врач. Христос пришёл туда – это является очевидным фактом, что там оказалось наиболее больное место в человечестве. Он есть Любовь, а мать к кому проявляет больше внимания? К больному ребёнку, совершенно очевидно.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) высказывает интереснейшую мысль, которая для нас приобретает всё большую значимость: антихрист должен родиться в России. Значит, здесь народ наиболее восприимчив к правильному отношению к Богу, наиболее здоровый дух, целостность. Антихрист по своей функции должен делать прямо противоположное тому, что делал Христос. Вот эта мысль, что антихрист должен родиться в России, мне как-то близка. Ибо здесь надо разрушить самое святое, как там исцелить самое больное. Итак, будем ждать царя в России. Только будьте осторожны, чтобы не ошибиться.

– Где-то в 60-70 годы, когда мне приходилось работать в Латинской Америке, я наблюдал там элементы раскола среди высшего католического духовенства – у них же ровная, единая Церковь. Приходилось встречаться с епископами католическими, чтобы понять сущность их воззрений. И один из основных постулатов, на который они указывали, была попытка конвергировать, свести вместе учение о социализме и учение христианское. Выбирая из Евангелия очень многие положения, они их сопоставляли с социалистической доктриной, говоря, что это одно и то же. Правомерны ли были такие воззрения прелатов или это была очередная мистика и заблуждение?

– Вы говорите о вещах, которые и сейчас, и тогда именуются «теологией освобождения», «теологией революции». Это идея очень старая, которая свои корни имеет в идее хилиазма. Хилиазм (от слова хилио – тысячелетие) – это такое значительное верование, которое возникло ещё в среде первых христиан, в связи с апокалипсическими чаяниями, что Христос придёт и устроит тысячелетнее царство на земле. Это благоденствие будет не обязательно тысячу астрономических лет, может, и десять или сто тысяч, сколько угодно.

Идея такова, что Христос является не Тем, который пришёл исцелить человека от всех духовных, душевных и, естественно, затем телесных страстей и самой смерти, а Тем, который принёс новую идеологию, дал новую мораль, новые принципы, благодаря которым мы можем здесь, на земле, устроить Царство Божие.

Вот эта идея Царства Божия на земле в том состоянии, в котором мы находимся, – хоть это будут, конечно, и праведники, – но здесь, в этом бренном теле, устроить Царство Божие. Вот в чём заключается социалистическая идея. Она очень живуча. В нашем русском богословии, например, у Владимира Соловьёва она очень сильно развивается. У протоиерея Павла Светлова, это профессор Киевской академии, университета, у него есть даже целое исследование на эту тему, где он пытается защитить эту идею.

– Можно ли назвать монашество особым путём, ведь много святых, но мы только монахов называем преподобными?..

– Это глубокое заблуждение, когда думают, что христианство только для монахов. Все заповеди даны для всех христиан. Монах или мирянин, патриарх или диакон – заповеди одни и те же. Отличаются монашество от немонашества условиями жизни, которые человек принимает для лучшего осуществления заповедей. Монашество – это особые условия жизни, когда монахи отрекаются от некоторых вещей, чтобы освободить себе больше времени, больше души для правильного, более точного исполнения заповедей Евангелия.

Ведь когда удобнее помолиться? Когда вокруг столько суеты у мирского человека – монаху удобнее. Вот монахи и освобождают себя, насколько возможно, от лишнего. Эти лучшие условия позволяют человеку достигать большего очищения души. Того, что на аскетическом языке называется – достичь христианского совершенства, достичь бесстрастия.

Только этим монашество и отличается, почему и именуются преподобными – там, по слову святителя Игнатия (Брянчанинова), оранжерея. Монашество – это оранжерея, в которой можно вырастить великолепные цветы, которые в обычной среде не вырастишь. Потому и преподобные. А здесь – праведные. А кто выше? К кому был послан Макарий Великий? – К двум женщинам, замужним, поучиться. К кому Антоний Великий был послан? – К сапожнику. И в том, и в другом случае оба ушли с великим назиданием.

Какой вывод делают все древние отцы? Оказывается, мерой смирения измеряется благодать, а не мерою подвигов. Почему их Бог послал туда: к этим жёнам, к сапожнику? Потому что у них возникала мысль, что они – подвижники. А там, в миру?.. Вот эти мысли, эти тени появлялись в их душе, и Господь послал и научил их, и для них это явилось прекрасным средством для более высокого духовного развития. Все должны исполнять, а не только одни монахи. Это большая беда, когда думают, что только монахам надо молиться, трудиться, а другим ничего не надо. Это полное искажение христианства.

Профессор Алексей Осипов